Седьмое солнце

– Прости, что так вышло! – произнес вдруг Генри, по его лицу было видно, что он никак не мог подобрать правильные слова. Роуз заговорила одновременно с ним.

– Прости, что я так.., – она осеклась на половине фразы. Оба улыбнулись.

Улыбка Генри была совсем краткой. Он в миг вернулся к серьезному выражению и с болью смотрел на Роуз.

– Тебе не за что извиняться.

– Но я повела себя безрассудно, и вот к чему это привело.

– Безрассудно – не то слово, но все же, ты спасла положение. Как знать, что случилось бы, не поступи ты так.

Пока мы просто стояли и размышляли, ты действовала. Ты даже не знала, что происходит, что тебя ждет и что это за люди! Ты ведь все еще представить не можешь, что сделала!

Голос Генри стал выше, он говорил взволнованно и эмоционально. Обычно парень был сдержан и сосредоточен. Ладонь Роуз он держал двумя руками и на акцентах фраз тряс ее. Роуз удивленно смотрела на собеседника. Она и правда совсем не понимала, о чем идет речь, что она такого сделала, и ей, несомненно, хотелось получить ответы на вопросы.

Кларк постаралась привстать, но получилось плохо. Тогда она максимально придвинула к нему лицо и смотрела выжидающе.

– Так расскажи мне, что случилось там, в лесу?

Генри заглянул в глаза Роуз, а затем опустил взгляд в пол. Он задумался. Кларк рассматривала собеседника, пыталась понять, что происходит, что он чувствует. Уотерса определенно что-то мучило, на лице застыли боль и сожаление. Затем он заговорил, тише прежнего. И то, что он сказал, породило еще больше вопросов.

– Как ты уже могла догадаться, это были не совсем учения. Точнее, учения, конечно, но в кейсе действительно хранилась важная информация. Друзья директора Джонсона перехватили данные до того, как они попали к человеку, пленницей которого ты стала – Мортимеру Морригану, – Генри произнес имя с явной неприязнью, лицо непроизвольно скривилось. – Тебя наверняка мучает вопрос, как нечто столь важное стало частью учений?

Генри продолжал говорить, но Роуз уже не слушала.

В голове, словно заевшая пластинка, повторялось: «Мортимер Морриган, Мортимер Морриган, Мортимер Морриган.». Она испытала странные чувства, услышав имя мучителя впервые. Это был не страх, а нечто непонятное. Роуз застыла на мгновение, даже перестала дышать. Глаза стали стеклянными, она смотрела не на Генри, а сквозь него. В ушах зашумело, предметы в комнате поплыли. Морриган мучил ее, пытался убить, вонзил нож в тело. Теперь она знала его имя.