Седьмое солнце

Сухие факты вполне подойдут. Так я не буду впадать в панику и отчаяние, – голос Роуз звучал уверенно, взгляд больше не выражал боль, слезы высохли, так и не пролившись. – А пока давай поговорим о чем-нибудь другом?

Генри утвердительно кивнул, а Роуз, недолго думая, выпалила первое, что пришло в голову, и тут же пожалела об этом.

– Лорен сказал, что ты проводил много времени со мной, пока я была в отключке.

Щеки Роуз непременно залились бы краской, если бы она была здорова. Сейчас стыд, который она испытала, не проявился внешне только благодаря бледности кожи.

Генри широко улыбнулся: вопрос позабавил парня. Затем он вновь стал серьезным.

– Это так. Я тебе жизнью обязан! Ты ведь спасла мою шкуру.

Роуз удивилась и замешкалась.

– Э-э-э-м… мне казалось, это ты спас меня.

– Смеёшься? Если бы не я, то тебя вообще не пришлось бы спасать. Все это попросту бы не случилось с тобой. С того самого момента, как ты сорвалась и побежала в лес с этим дурацким кейсом, я места себе не находил! Сначала думая о том, что с тобой и где ты, а потом о том, выкарабкаешься ли ты.

Генри тараторил, будто ему так многое хотелось сказать. Он ни на секунду не выпускал руку Роуз, они оба уже не обращали на это внимание. Парень ненадолго прервал поток слов, чтобы набрать воздуха, а затем уже медленно и с задорной улыбкой произнес:

– Ну и заноза ты все-таки! Не представляешь, как я метался между злостью за твою выходку и молитвами о том, чтобы с тобой все было хорошо!

Роуз стало стыдно, она виновато улыбнулась.

До того момента, как Генри не сказал об этом, она и не думала, что своим поступком причинила кому-то страдания. Кроме Квилла, разумеется. О его чувствах Кларк периодически вспоминала в промежутках между пытками и мучениями от боли.

– Прости, я и подумать не могла, что создам столько неприятностей, не только себе, но и другим. Не знаю, о чем я думала. Поступок и впрямь был импульсивным и глупым. У меня было время это понять.

Роуз с грустью опустила глаза и еле заметно подняла уголки губ в подобии улыбки.

Генри сочувственно смотрел на нее. Одной рукой он продолжал сжимать ее ладонь, как будто было важно сохранять тактильный контакт. Он словно убеждался, что Кларк жива, вернулась, и все самое страшное осталось позади.

– Ты очень смелая, Роуз. И несправедливо поплатилась за свою смелость. Я никогда не забуду твой поступок. Как знать, как все обернулось бы, не поступи ты так, как поступила.