Ждать ли добрых вестей?

В семью влезает только один наркоман, а мать не желала уступать свое место.

Карен глянула в рапорт у Луизы на столе:

– Та же Траппер? Нил Траппер – муж Джоанны Траппер? Ничего себе. Ну и совпаденьице.

– Я должен знать, кто такая Джоанна Траппер? – спросил Маркус Луизу.

– Та, что спаслась, – ответила Карен. – Габриэлла Мейсон, трое детей? Тридцать лет назад?

Маркус покачал головой.

– Обрыдаться. Какой ты еще зеленый, – сказала Карен. – Мужик в Девоне убил в поле мать и двоих детей, Джоанна убежала, спряталась, потом ее нашли – ни царапины.

Джоанна Траппер, в девичестве Мейсон.

– За убийство приговорили некоего Эндрю Декера, – сказала Луиза. – Признали вменяемым. Если пырять ножом мать и двоих детей – это вменяемость, кто же тогда невменяем? Вот и думай, а? А теперь он выходит – уже, собственно, вышел, – и кто-то где-то распустил язык. Журналисты будут вопить – часа, я не знаю, два, а то и дольше.

Кормить ненасытную утробу прессы. Я вчера зашла к Джоанне Траппер, предупредить.

Карен смяла обертку от «сникерса», швырнула в корзину.

– И она все еще жертва, босс?

– Хороший вопрос, – сказала Луиза.

К «Максвеллу» опоздала, но можно купить цветы в «Уэйтроузе». Время есть. Совсем капелька. Луиза села в машину, серебристую «БМВ» 3-й серии – гораздо стильнее, чем Патриков суперпрактичный «форд-фокус».

Прямой как палка, и машина у него такая же.

И тут зазвонил телефон. Может, не отвечать? Инстинкт, полицейское шестое чувство подсказывало – орало прямо в ухо: ответишь – не будет никакого морского судака, и дважды запеченное суфле тебе тоже не светит.

Она ответила после третьего звонка:

– Алло?

Убежище

Сейди навострила уши: Реджи еще когда различит машину доктора Траппер, а Сейди уже услышала. Собачий восторг читался лишь в мелкой дрожи хвоста, но если погладить – почувствуешь, как все собачье тело наэлектризовано предвкушением.

И деткино тоже. Едва он видел, как доктор Траппер входит в кухню, восторг сотрясал его плотное тельце, – детка готовился взмыть в воздух и тянул толстые ручки к матери.

– Тпру, ковбой, полегче, – засмеялась доктор Траппер, ловя его и крепко обнимая.

Вместе с нею в дом ворвалось ледяное облако.