Любовь и корица

Ненси сообщила, что они присоединятся к нам через пять минут. Я вышла в шумный коридор, разгладив руками плотную ткань платья. Непривычно видеть учащихся в разноцветных одеждах, а не в школьной серо-синей форме, которую каждый год моя бабушка ушивала, поскольку юбка якобы «моего размера» была уж слишком велика на меня. Все дело в полном отсутствии бедер! Порой мне кажется… Нет! Хочется верить, что как только они округлятся, моя жизнь хоть чуточку изменится.

– Дейзи, привет! – поздоровался со мной Бобби Фишер, что в прошлом месяце выиграл чемпионат по игре в шахматы.

В круглых очках и с торчащей темной челкой он напоминал мне Гарри Поттера. – Выздоровела?

– Привет! Ага, прям к празднику.

– Удачно!

Поскольку я никогда особо не знала, о чем с ним говорить, то всегда использовала одну и ту же схему: натужно улыбалась и пятилась назад, делая вид, что кого-то ищу.

– Эй, ботаник! – с забавой воскликнул мужской голос. – Как делишки?

У широких дверей в зал я все же обернулась и увидела, как высокий старшеклассник, что играл в баскетбольной команде нашей школы, зажал Бобби одной рукой, а другой начал трепать его густые темные волосы.

Тот как обычно кряхтел, пытался увернуться, но парень крепко удерживал его на месте и ржал как сумасшедший придурок.

Да уж, наверное в любой школе существовали такие говнюки, которых обожали девчонки и ненавидели другие парни, над которыми те вот так издевались. Пожалуй, это было негласным правилом всех образовательных учреждений: иметь привлекательных вышибал, что в спорте – настоящие бойцы, на занятиях – пни, а в жизни – бестолочи.

Торжественный зал в нашей школе был в два раза больше спортивного, а тот у нас не маленький. Я с улыбкой поздоровалась с преподавателями, накрывающими праздничные столы. На всех была разноцветная мишура, а блестящая лысина мистера Харрисона, нашего физрука, скрывалась под сверкающей синей шляпой с надписью Happy New Year. Как обычно высокую ёлку окружали горы фальшивых подарков и огромные куски ваты, имитирующей снег.

На высоких потолках красовались огромные диско-шары и как только основной свет погаснет, весь зал озарится разноцветными кружащимися огоньками. Как же я люблю этот вечер!

Мой нос уловил ненавистный запах корицы. Несколько крупногабаритных женщин из столовой заносили большие подносы, накрытые белыми полотенцами. Под ними томились теплые булочки с обжаренным сахаром и этой жуткой вонючкой, что неприятно щекотала нос.