Дикость

Немного выдающийся лоб, острый нос и пухлые губы. Его внешность не была отталкивающей, как я себе раньше представляла. Наоборот, он был весьма миловидным и, если бы не выходил из себя так часто, вполне сошел бы за обычного парня. Куда сильнее меня смущал его низкий хриплый голос. Заметив, что он собирается закурить в моей комнате, я немедля вытянула руку. Хотела отобрать сигарету, но силы быстро меня покинули. Я лишь дернула парня за рукав пальто.

– Нельзя, да? – Ронни повернул голову, и мы встретились взглядами.

В комнату падал свет с улицы, в таком освещении его глаза стали ярко-голубыми. Интересно, можно ли по ним точно определить, в каком настроении пребывает Ронни Хоффман? Он выгнул брови и держал сигарету в руках, ожидая моего ответа.

– Нет, – ответила я и перевернулась на спину.

Сил встать еще не было. Я злобно смотрела на брюнета: его так называемая шутка мне не понравилась. Ронни убрал сигареты и зажигалку обратно в карман.

Почему я не боюсь его? Снова и снова ловила себя на мысли, что не боюсь опасного преступника.

Нормальная бы девушка закричала и позвала на помощь. Здравый смысл говорил мне о том, что у меня нет никаких шансов. Не успею закричать, как он снова заткнет меня, а злить его мне не хотелось. Если так подумать, то я – нормальная девушка, и со здравым смыслом у меня все в порядке. Понимаю, лучше не злить его. Мои родители внизу, и я не хочу, чтобы Ронни добрался и до них. Буду играть по его правилам. Он ошибся, когда назвал меня «палачом».

– Коленки сильно болели в прошлый раз? – вдруг спросил он.

Я не хотела больше встречаться с ним взглядом и уставилась в потолок. Продолжала размышлять над его словами. Я не жертва, но и палачом быть не могу!

– Болели, – проворчала я, вспомнив, что не смогла пойти из-за этого на танцы, и Энди начал встречаться с какой-то девушкой.

– А мне не жаль, я не умею сострадать людям. Если бы сказал: «Мне жаль, что ты упала и ударилась» – это было бы наглой ложью, а я ненавижу лжецов! Я всегда честен с людьми.

 – Ронни спокойно болтал, словно мы были давними друзьями.

– Спасибо за честность, – буркнула я, потирая шею.

– Не за что. Так вот зачем я приехал. У нас к тебе есть одно дело. Оно крайне важное. Конечно, у тебя есть выбор: либо ты соглашаешься и помогаешь нам, либо я прямо сейчас иду и убиваю твоих родителей. Но так как я тебя немного зауважал, могу убить их практически безболезненно, – Ронни выжидающе замолчал.