Лучшая жена для султана

Он выглядел гораздо старше и мудрее, чем его ровесники, обладая неким внутренним благородством и величием, которое на первый взгляд можно было принять за высокомерие. Интересно, люди рождаются с чувством собственного достоинства или все зависит от воспитания? И что такой человек мог в ней увидеть?

– А тебе сколько?

– Девятнадцать.

– И ты сказала, что собираешься учиться в колледже?

– Да, в сентябре. Буду изучать коррекционную педагогику.

Чернильно-черные брови насупились, выдав его замешательство.

– Коррекционная педагогика? К сожалению, я незнаком с этим термином.

– Я буду работать с детьми, у которых есть интеллектуальные и физические особенности, – объяснила Грейси. – У моего младшего брата, Джонатана, синдром Дауна, но благодаря прекрасным учителям и поддержке он практически ничем не отличается от обычных мальчишек. Я бы хотела помогать так и другим детям.

– Достойно восхищения. Ведь ты делаешь это отчасти на благо семьи, – тихо произнес Малик. – Я тебя понимаю.

– Неужели? – Ее обрадовало то, что у них есть что-то общее. – А чем ты занимаешься? – Этот вопрос прозвучал неловко, ведь она абсолютно ничего о нем не знала. Даже не представляла, где именно находится Алазар.

– Я помогаю своему дедушке, – ответил он, с осторожностью подбирая слова. – У него очень много обязанностей. Он достаточно важный человек в Алазаре.

– О…

«Кто же его дедушка? – размышляла Грейси. – Дипломат? Бизнесмен? Шейх?» Последнее предположение чуть не рассмешило ее.

А также шампанского.

Наконец появился официант с запыленной дорогой бутылкой и, открыв ее с характерным хлопком, разлил искрящуюся жидкость по бокалам.

– За что выпьем? – спросил Малик.

– За будущее, – робко предложила Грейси, а затем добавила безрассудно: – За наше будущее.

На лице Малика появилась очаровательная ухмылка.

– За наше будущее, – повторил он и сделал несколько глотков.

Она последовала его примеру, и от пузырьков, которые щекотали нос и горло, захотелось смеяться. Через несколько мгновений ее смех стих.

– Наверное, это всего лишь мое воображение, но… Но между нами есть странная химия. – Голос Малика прозвучал как тихий рокот. – Будто вспыхнула искра.

Сердце Грейси забилось так часто, будто пыталось вырваться из груди, а ее рука, державшая бокал, начала подрагивать.