Разбитые мечты

Анжело так и не понял, как сильно Люсия страдала из-за него. Удивительно, что он поверил, будто ей все равно. Она просто злилась. Нужно было прекратить весь этот маскарад, прекратить притворяться.

– Люсия, ведь уже прошло семь лет.

– Именно.

– Все это время меня не было на Сицилии.

– Ты мог бы позвонить или написать по электронной почте. Мы живем в двадцать первом веке, Анжело. Если бы ты захотел, ты нашел бы способ связаться со мной.

Он сжал губы, а она только покачала головой:

– Не нужно передо мной оправдываться.

Та ночь для тебя ничего не значила. Я не строю никаких иллюзий.

«Больше не строю никаких иллюзий», – подумала Люсия.

– Получается, ты и не ждала от меня звонка?

– Нет, не ждала. Но дело в том, что ожидания и желания – совершенно разные вещи.

Его взгляд на мгновение задержался на ней.

– Чего же ты хотела? – тихо спросил он, но Люсия не отвечала.

Ей было слишком тяжело говорить об этом: о своих пустых мечтах и надеждах, ведь тогда ей было ясно, что Анжело не вернется.

И даже теперь, когда он стоял напротив нее, она не собиралась открывать ему свою душу.

– Ты мог хотя бы попрощаться.

– И это все?

– Я сказала «хотя бы». – Люсия отвела от него взгляд, силой заставляя себя подавить эмоции. Ей становилось тяжело дышать. – Сейчас это уже не имеет значения. – Каждое слово болью отдавалось в ее груди. – Если ты позвал меня, чтобы извиниться, то ты это уже сделал. Спасибо тебе за это.

– Но ты так и не приняла мои извинения. – Он изучающе разглядывал ее с ног до головы.

На мгновение Люсия закрыла глаза, стараясь собраться с силами.

– Тебе это так важно? – наконец поинтересовалась она.

Глаза его сузились, губы сжались еще сильнее.

– Почему ты спрашиваешь?

– Не сказав ни слова, ты исчез из моей жизни на семь лет, Анжело. Получается, мои чувства очень мало значат для тебя. – Он нахмурился. – Я тебя ни в чем не виню. И я больше не злюсь на тебя.

– А мне кажется, наоборот.

«Ему кажется», – раздраженно подумала Люсия.

Если бы все было так просто. Если бы это было всего лишь чувство злости и обиды, а не вечная мучительная боль.

– Это только потому, что мы снова встретились. – Ей было тяжело смотреть ему в глаза. – Какое тебе дело до этого?

– Просто снова увидев тебя, мне захотелось… все исправить.

Исправить? Можно подумать, его жалкие извинения заполнят пустоту в ее душе, избавят ее от боли. Неужели Анжело правда думал, что сможет все исправить?

Он ничего не знает.