Грядет Тьма

Ходили слухи, что Курио специализировался на эликсирах, которые делали тебя покорным и сговорчивым. Говорят, он ходил в Нижний город, находил там мальчиков и девочек и приглашал их стать послушниками в храме. Он опаивал их этой штукой и… ну…

Желудок Антона сжался. Он знал, какие страшные вещи могущественные люди делали с уязвимыми.

– О чем вы двое шепчетесь?

Антон повернулся и увидел не кого иного, как Стефаноса, подходящего к ним. Самодовольный и полный чувства собственной важности, Стефанос работал камердинером в Талассе.

Гости, кажется, любили его так же, как презирали работники. Он всегда мешался под ногами на кухне, требуя дегустации блюд, якобы чтобы убедиться, что они соответствующего качества. Мужчина всегда громко хвастался тем, какого священника или торговца он обслуживал этой ночью. Единственным качеством, за которое его можно было терпеть, было проигрывание больших сумм денег Антону во время игры в канбарру.

Антон не удивился, что Стефанос решил использовать это убийство, чтобы показаться важным.

Но ему все еще было любопытно.

– Козима сказала, что ты видел тело.

Стефанос глянул на Антона, и его полные губы растянулись в усмешке.

– Да?

– Ну? – спросил Антон, вскидывая бровь. – Это правда?

Стефанос обнял Антона за плечи.

– Слушай, я повидал всякого неприятного в своей жизни. Но это? Там? Это была самая проклятая Тарсеисом вещь, которую я видел. На том парне даже царапины не было. Всего одно прикосновение, и он… – Стефанос изобразил перерезанное горло.

 – Заставляет задуматься… может, пришло время открыть наши глаза на то, насколько в действительности опасны одаренные.

Антон непроизвольно поежился.

– Ты идиот, – сказала Козима Стефаносу, повторяя ранее произнесенное замечание Антона.

Стефанос повернулся к ней с усмешкой.

– Ты бы поняла, если бы увидела.

– Ты говоришь так, словно готов обрить голову, как остальные из этих фанатиков в капюшонах, – сказала Козима, выпуская еще один клуб дыма.

– Здесь больше нет пророков, чтобы сдерживать одаренных, – сказал Стефанос.

 – Мы видели, что священники творят здесь просто потому, что они одаренные и считают, что это делает их лучше нас. И теперь такие люди, как Бледная Рука, орудуют в городе, убивая кого хотят своими неестественными силами.

– Стой, то есть ты хочешь сказать, что Курио заслужил это или что Бледную Руку нужно остановить? – театрально переспросила Козима.

Глаза Стефаноса вспыхнули.

– Я говорю, что, возможно, свидетели правы.