Грядет Тьма

Джуд знал, что насчет Гектора существовало множество вопросов без ответа, но он не мог отрицать, что один его вид здесь, снова в форте Керамейкос, был словно вздохом облегчения.

– Я доверяю ему, – тихо сказал Джуд. – Что бы он ни делал, с чем бы ему ни нужно было разобраться, он вернулся. – Он вернулся ко мне.

Капитан Везерборн глянул на него, когда они пересекли узкий мост мимо охваченного туманами водопада. Свет преломился между ними, когда Джуд встретился с отцом взглядом. Завтра он займет его место в качестве Хранителя Слова.

Если он готов, то это означало, что его решениям, его суждению можно было доверять. Включая мнение о Гекторе.

Капитан Везерборн покачал головой.

– Мы все приносим одну и ту же клятву. Отказаться от мирских желаний. Служба пророкам превыше всего остального. Превыше наших собственных жизней. Превыше наших сердец.

– Я знаю, – ответил Джуд. – Если Гектор здесь, значит, он готов это сделать. Я это знаю. Он отнесется к этому серьезно.

– Я не про Гектора.

К лицу Джуда прилила кровь.

Стыд сдал его, обнажая самые мягкие, слабые его части.

– Даже когда вы были мальчиками, ваша привязанность друг к другу была очевидной, – сказал капитан Везерборн. – Ты держался дальше от других подопечных, но не от него.

Во рту Джуда пересохло.

– Ты… ты никогда ничего не говорил. Ты никогда…

– Ты едва ли первый паладин или даже первый Хранитель Слова, испытывающий привязанность, – продолжил капитан Везерборн. – Вот для чего необходим Год раздумий, в конце концов.

Чтобы подняться над своими сомнениями. У тебя это получилось?

Джуд не знал, что на это ответить.

– Скажи мне, – сказал капитан Везерборн. – Чье место он займет?

– Что ты имеешь в виду?

– Ты уже знаешь, кого выберешь себе в стражу завтра, – сказал капитан Везерборн. – Я знаю тебя. Ты знал это еще с возвращения с гор. Скажи мне, какое из шести имен ты уберешь из списка ради Наварро?

Джуд на долгое время замолчал.

– Ни одно, – наконец произнес он.

– Тогда вот твой ответ.

Река гремела под ними, пока они шли по высокому выступу скалы, на которой стоял храм пророков.

Вода стекала со всех сторон ротонды храма, обрушиваясь с утеса. Они поднялись по ступеням ко входу в храм. У главной арки они оба остановились, чтобы опустить пальцы в миски со священным елеем и помазать себя, прежде чем переступить порог.

В стенах храма было семь открытых арок, окружающих санктум, в котором доминировал огромный каменный пруд в форме семиконечной звезды.