Вопреки. Часть 2. Джексон: Хэппи-энд придется отложить!

Как убедительно говорил Чарльз. Он всегда умел найти подходящие слова, чтоб убедить своего собеседника в собственной правоте. Именно благодаря этому качеству ему и удалось когда-то построить собственную успешно развивающуюся компанию.

– А ты? Ты бы смог такое простить?

– Не важно, что смог бы сделать я или кто-нибудь другой. Это твоя жизнь и она только в твоих руках. Лишь тебе решать, что в ней будет и как. Я никогда не вмешивался в твою личную жизнь, не от того, что мне все равно кто будет рядом с тобой, а потому, что знаю, ты достоин самого лучшего, и ты сам способен в этом разобраться.

Ты моя самая большая гордость.

– Я думал твоей гордостью является компания, великая империя «Dolton Company».

Чарльз рассмеялся в голос, отчего Джексон слегка смутился.

– Сынок, ты и твоя сестра – это самое большое достижение в моей жизни. Вы стали достойными людьми, и это главное. А компания, это то, что помогало нам в этом пути, и никак иначе. Без вас не было бы великой империи «Dolton Company».

Ладно, давай выпьем.

После того, как два стакана оказались пусты, Джексон вновь плеснул в них выпивку.

– Не части. Спиртное точно не поможет в твоем вопросе, – спокойно говорил Чарльз.

– Что же поможет? – все так же угрюмо спрашивал Джексон.

– Ты и сам знаешь, в любой ситуации нужна холодная голова и трезвый ум. Ты сказал, что любишь ее?

– Люблю, очень! – твердо ответил Джексон, будто даже сожалея о столь сильных чувствах к Элли.

– Тогда все в твоих руках.

Она любит тебя, поверь, я это точно знаю. Не вижу смысла так сильно убиваться. Ты можешь приехать прямо сейчас к ней и через пол часа будешь обнимать и зацеловывать ее.

– Как же мне быть с ее прошлым? Скажешь, что все это можно забыть?

– Вот над этим придется поработать. Ты сильный и умный, нет ничего того, с чем бы ты не справился. По крайней мере, твоя любовь жива и ждет тебя сейчас.

– Если бы она умерла, то у меня был бы лишь один вариант, не пришлось бы выбирать, а так…– с грустью произнес Джексон.

– Что за бред ты несешь?! – Чарльз не узнавал сына. Он понимал его боль, но не желал видеть, как сын сдается, даже не попытавшись бороться за собственное счастье. – Даю тебе два дня на все душевные терзания. Послезавтра жду тебя в офисе, у нас финальные переговоры с японцами, ты мне будешь нужен, – сказал Чарльз и ушел.

Джексон остался наедине с собой и двумя полными стаканами выпивки.