Еще можно все вернуть

– Я скорее умру, чем пойду на свидание с вами.

И снова этот медленный холодный взгляд, будто ему требовалось время, чтобы понять, о чем она говорит. Она была уверена, что он не понял ее.

– Сколько вы можете заработать здесь?

– Это неприличный вопрос. И не ваше дело. Если хотите узнать что-то о ком-то, просто спросите. Подождите ответа. Если не отвечают, значит, попросту не хотят отвечать на неприятные вопросы. Или потому, что считают вас неприятным незнакомцем, заявившимся с компанией вооруженных охранников после закрытия, чтобы рассказывать разные небылицы и вводить в заблуждение.

В моем случае – по всем перечисленным причинам.

Его челюсти сжались.

– Считайте ужин со мной предложением о работе.

Она посмотрела на него, и его челюсти сжались еще сильнее.

– Собеседованием. Если вам так угодно.

– Предложением о работе? Какой? Еще одной вашей игрушкой? Я уверена, на эту должность большой конкурс, но я даже не стану принимать в нем участие. Предпочитаю, знаете ли, психически нормальных любовников.

Она поняла, что зашла слишком далеко. Реза застыл. Казалось, его серые глаза прожигают ее насквозь. Кровь понеслась по венам, разгоняя пульс до бешеной скорости, – Мэгги приказала себе дышать.

– Будьте осторожны, Магдалена, – посоветовал Реза сурово и спокойно. – Я терпел ваше хамство, потому что понимаю: в сложившихся обстоятельствах вы не поможете себе сами. Однако вы слишком увлеклись оскорблениями, которые я не могу и не буду терпеть. Понимаете меня? Я уже объяснил, как будут развиваться события, и не имею привычки повторяться.

Кроме того, люди знают, что я не отказываюсь от своих слов. Хорошо, если вы запомните эти две вещи.

Мэгги, к своему ужасу, подумала, что сейчас взорвется, хуже всего, прямо перед ним. Что-то внутри ее не находило себе места, вращалось и крутилось. Смятение от того, что можно потерять самообладание в присутствии гранитной стены в обличье человека.

– Хорошо, – сдавленно произнесла она. Нет смысла обороняться. Наступление – ее единственное оружие.

Жизнь научила. – Я поужинаю с вами при условии, если вы немедленно уйдете.

И пожалела, что произнесла эти слова. На лице Резы не промелькнуло ни тени улыбки или злорадства. Во взгляде по-прежнему стоял стальной блеск, а это хуже, чем злорадство. Он назвал самый роскошный отель в округе.

– Да, – выдавила она. – Я знаю, где это.

– Я буду ожидать вас через час.

«Да ожидай сколько хочешь, идиот», – подумала она, улыбнувшись, а вслух сказала:

– Ладно.