Скандальная наследница

«Черт бы побрал Джека Саттона и этот дурацкий остров, с которого невозможно убежать», – подумала Ларисса, вдыхая хвойный аромат автомобильного дезодоранта. Она нисколько не сомневалась, что, если бы сегодня не приехала к Джеку на ужин, он бы сам ее нашел. Поэтому она решила, что лучше самой пойти в логово хищника, чем снова попасться в его когти в самый неожиданный момент.

Но кого она пытается обмануть? В какую сказку пытается заставить себя поверить?

Ларисса издала горький смешок.

Она дала себе слово, что больше не будет себя обманывать, даже если это ей поможет защититься от боли.

Ее в очередной раз охватил приступ стыда. Горло сдавило, кровь прилила к голове, под ложечкой засосало. Она так слаба. Разве она не получала доказательства этого много раз?

Она целых восемь месяцев прячется от своего прошлого, от самой себя. От старых друзей, привычек и скандалов. И она этим гордится.

«Посмотрите на меня. Я далеко от Манхэттена, и меня никто не узнает, – подумала Ларисса, запустив пальцы в свои короткие черные волосы, которые когда-то были длинными и светлыми.

 – Посмотрите на мою добровольную ссылку, на мою готовность прятаться от прессы. Я могу быть другой. Я могу измениться».

Она никогда была такой настоящей, как здесь, на тихом острове в штате Мэн. Несмотря на полное одиночество и душевные терзания, здесь она впервые почувствовала себя живой.

Затем в бар вошел Джек Саттон, человек из ее старой никчемной жизни, и восемь месяцев самокопания пошли коту под хвост. Увидев Джека, она поняла, что так ничему и не научилась.

Ее охватило отчаяние.

Как можно так плохо себя контролировать? Как можно рисковать душевным спокойствием ради человека из прошлого, который заставлял ее вести себя так, будто она была хуже, чем на самом деле?

Как она может оправдать свое присутствие здесь сегодня вечером? Как может добровольно скатываться в яму, из которой выбралась с таким трудом? Это первое испытание для обновленной Лариссы, и она с треском его провалила.

«Ты главное разочарование в мое жизни.

Из тебя никогда ничего путного не выйдет», – пришли ей на память отцовские слова, и она, к своему ужасу, согласилась с ними.

Ларисса прижала пальцы к губам, словно это могло вернуть назад сорвавшийся с них тихий стон.

Она не должна этого делать.

Ларисса включила задний ход, но прежде чем смогла отпустить педаль тормоза, массивная входная дверь особняка распахнулась, и на переднюю часть подъездной аллеи упало световое пятно.