Ткачиха теней

Я попалась.

– Это ваша дочь? – спрашивает Тейт.

Папа смотрит на меня:

– Что она сделала?

– Ничего, я…

– Я не с тобой разговариваю, Эммелина, – прерывает папа.

Мой подбородок дрожит, но я стискиваю зубы и вжимаюсь в стену. Я снова расстроила их. Дара подкрадывается ко мне со спины и заключает в объятия.

– Не волнуйся, – шепчет она. – Родители простят тебя.

Простят ли? С каждым годом они всё менее и менее терпимо относятся к моей магии. В какой-то момент они стали меня стесняться и, как мне кажется, даже бояться.

Тейт делает шаг вперёд.

– У вашей дочери довольно необычный дар, – его глаза сверкают. – И я уверен, что ему можно найти лучшее применение, чем подслушивать чужие разговоры.

Я смотрю себе под ноги. Под пронизывающим взглядом пяти пар глаз мне кажется, будто меня поджаривают на костре.

– Эммелина, – говорит мама, и по её тону уже понятно, что она думает о моём поведении.

Я шаркаю туфлями по холодному каменному полу.

– Простите, – мямлю я.

Папа на меня даже не смотрит:

– Иди в свою комнату.

После такого ты не будешь обедать с нами.

Я не могу удалиться мгновенно. Пока я ухожу, до меня доносятся слова Тейта:

– Мои дорогие Курт и Мелина, у меня есть к вам предложение…

Мы ждём и ждём, пока обед наверняка закончится и гости удалятся в свои покои. Потом мы с Дарой выскальзываем из комнаты. Родители уже злы на меня, но я должна знать, о каком предложении говорил Тейт.

Судя по всему, оно имеет отношение ко мне. А после его слов об охоте на меня это особенно беспокоит.

Мне несдобровать, если гости опять поймают меня за подслушиванием сразу после того, что случилось сегодня днём, но той маленькой девочки нигде не видно, поэтому заметить меня не должны. Требуется всего несколько минут и пару раз отсидеться в углу, пропуская слуг, – и вот я уже в другом крыле.

Я замираю у родительской спальни. Вскоре до моих ушей доносятся их приглушённые голоса, воздух вокруг трещит от напряжения.

– Давай послушаем, о чём они говорят, – говорит Дара своим тихим переливчатым голосом.

Её тёмные очертания вытягиваются и закручиваются вокруг меня. Теперь я могу подобраться к маме и папе, и они ничегошеньки не заподозрят.

Тени сгущаются у их двери, и я прижимаюсь к стене, чтобы лучше слышать. Дара раздувается. Она всегда сходит с ума от любопытства, когда подозревает, что говорят о ней или о том, как я разговариваю с ней.

– Мы не можем сидеть сложа руки, Мелина. Её сила растёт.