Феликс с железной дороги

На вокзале новость произвела фурор. Кто-то смеялся, кто-то разводил руками: как это вообще произошло? А затем возник серьезный вопрос: нужно ли переименовывать Феликс?

Результат благотворительной лотереи никто не собирался оспаривать, но справедливо ли оставлять кошке имя, подходящее для кота? Не лучше ли назвать ее «Фелиция»? От предложений не было отбоя.

Но она так и осталась Феликс. Это имя ей шло. Оно выделяло ее из общей массы, намекало, что у нее сильный характер – а хаддерсфилдская станционная кошка такой и была.

Постепенно она запомнила свое имя и даже научилась приходить, когда ее зовут (но только под настроение). Судя по всему, имя ей нравилось. Ей вообще нравилась станционная жизнь, да иначе и быть не могло, так все ее баловали.

Каждый день у нее был праздник. Следующие несколько недель в служебных помещениях вокзала были сплошь заполнены развлечениями. Подарок Мартина оказался далеко не последним; бригадир Дейв Руни подарил Феликс первую лазерную игрушку, и та была в восторге, особенно в ночную смену, когда огонек ярко светился в темноте.

«Феликс, что это? – спрашивали у нее, включив лазер. – Что это?» Она оборачивалась, а луч выключали: «Где зайчик, где зайчик?» Включали обратно: «Вон он, лови его, Феликс, лови!» И она принималась носиться за неуловимым огоньком.

Не забывала она и свое любимое занятие: засыпать на всем, что хоть полминуты простоит неподвижно. Нередко она разваливалась на нужных вещах с таким хозяйским видом, словно считала, что не мешает, а помогает коллегам работать, хотя ничто не могло быть дальше от истины.

Например, в качестве одной из лежанок она облюбовала стопку сумок, куда проводники убирают выручку. И вот они выстраиваются в очередь и торопятся к своим поездам, но сначала нужно разбудить блаженно развалившуюся на сумках кошку. В конце концов они научились выдергивать сумки из-под Феликс так же ловко, как фокусник сдергивает со стола скатерть, не опрокинув посуду. А кошка пристально наблюдала за ними, словно в надежде разгадать, в чем фокус.

Феликс обживалась на станции, а Энджи и остальные учились вести ее финансы. Все расходы оплачивала железная дорога, но в бухгалтерских ведомостях их нужно было записать в какую-нибудь статью, объяснить, на что потрачены деньги. Когда Энджи первый раз заносила в ведомость корм для Феликс, она долго грызла шариковую ручку в раздумьях, наконец улыбнулась и написала: «Еда для дератизатора».