Когда рассеется туман

Повернулась и нахмурилась, наблюдая, как я, спотыкаясь, догоняю ее. Пронзительные черные глазки недовольно сузились.

– Ну и ну! – с отчетливым ирландским акцентом провозгласила она. – Не думала я, что ты такая копуша! Твоя мама ничего об этом не говорила.

– Нет-нет, я не копуша, просто чемодан тяжелый.

– А грохот-то подняла! Как же ты работать будешь, если не в силах собственный чемодан по лестнице поднять? Смотри, если мистер Гамильтон услышит, что ты таскаешь щетку для ковров, будто мешок с мукой, тебе не поздоровится.

Она отворила дверь. Комната оказалась маленькой и скромной, в ней почему-то пахло картошкой. И все-таки половина ее – половина железной кровати, комод и стул – отныне принадлежала мне.

– Вот твое место, – сказала Нэнси, кивая на дальний край кровати. – Другая сторона – моя, так что тут, будь добра, ничего не трогай. – Нэнси пробежалась пальцами по своему комоду, мимоходом огладив распятие, Библию и щетку для волос. – И не вздумай шарить по ящикам – все равно замечу. Давай распаковывайся, переодевайся и спускайся вниз работать.

Времени зря не трать и не вздумай нигде бродить – ступай прямиком на кухню. Сегодня приезжают внуки хозяина, так что обед в двенадцать, мы и так уже опаздываем с уборкой. Мне с тобой возиться некогда. Будем надеяться – ты не лентяйка.

– Нет, – сказала я, все еще оскорбленная ее недавним предположением, что я могу шарить по ящикам.

– Что ж, поглядим, – недоверчиво сказала Нэнси, покачивая головой. – Не знаю, не знаю… Я просила найти мне в помощь еще одну девушку, а мне кого привели? Ни опыта, ни рекомендаций, да к тому же копуша.

– Я не…

– Все! – недовольно дернув головой, оборвала меня Нэнси, развернулась на каблуках, и я осталась одна в тесной темной комнате на последнем этаже. Только юбка зашелестела по коридору.

Я затаила дыхание, прислушалась.

Наконец, когда все звуки смолкли, я подошла к двери, беззвучно прикрыла ее и повернулась, чтобы осмотреть свое новое жилище.

Разглядывать было особо нечего.

Я провела рукой по спинке кровати, пригнув голову, чтобы не стукнуться о наклонный потолок. На матрасе лежало аккуратно сложенное серое одеяло, один угол был отогнут опытной рукой. Единственное украшение комнаты – небольшая картинка на стене со сценой охоты: залитый кровью олень со стрелой в боку. Я поспешно отвела глаза и осторожно опустилась на кровать, стараясь не мять тщательно натянутое белье. Пружины скрипнули, я подскочила, покраснев от испуга и неожиданности.