Полые куклы

Дверь широко распахивается, но когда стражник жестом приглашает нас войти, Себастьян пятится. Джемма переводит взгляд с него на меня и обратно, не зная, что делать.

– Ты не обязан туда идти, Себастьян, – говорю я – и кожей чувствую, насколько ему легче после этих слов.

«Спасибо», – думает он.

Я иду вперёд. За дверью находится узкий проход между стеной и решёткой, за которой узник надёжно заточён в тесной камере. В центре комнаты на стуле сидит древняя старуха, её плечи укрыты ветхим покрывалом.

Она совсем не похожа на прекрасную молодую женщину, которая держала нас в плену, но её ум по-прежнему острый и жестокий. Когда я смотрю в её мутные глаза, она выпрямляется на краю стула.

– Моя любимица? – спрашивает она. Прежний певучий голос исчез. Был он волшебный или её родной – наверное, я никогда не узнаю. Теперь он звучит хрипло, но с прежними повелительными интонациями. Я невольно вся сжимаюсь, хотя стараюсь вести себя уверенно, и сцепляю дрожащие руки за спиной:

– Я не ваша.

Она насмешливо фыркает, при этом морщины на её лице становятся ещё глубже.

– Ты всегда будешь моей, Симона.

– Это правда? – говорю я. Я едва нахожу нужные слова и боюсь, что если буду слишком пристально вглядываться в неё, то больше никогда не вырвусь.

Она наклоняет голову набок:

– Что? Я действительно лишилась своего дара? Думаешь, я бы сама решила остаться здесь? – леди хмыкает и, шаркая, подходит к решётке. Я отступаю назад, мои пальцы касаются каменной стены.

 – Ну, посмотри. Сама всё увидишь.

Что-то изменилось в ней помимо внешности. Магия, бурлящая внутри, исчезла.

– Откуда вы меня украли? Я должна знать.

Леди смеётся:

– А ты осмелела, дорогая. Приходишь сюда и начинаешь требовать.

– Пожалуйста. – Я делаю шаг вперёд, мои волосы колышутся вокруг лица точно живые.

– Бедное дитя. Себастьян забрал слишком много твоих воспоминаний, верно? – Она качает головой. – Он не забыл об этом? Он сожалеет? – Её глаза светятся злым блеском, и что-то неприятное зреет у меня внутри.

– Вы о чём? Конечно он сожалеет.

Она смеётся. Жутким грубым смехом, который переходит в кашель, и в итоге она вынуждена снова сесть. Я так больше не могу. Я должна заглянуть в её разум. Мне нужно узнать то, ради чего я пришла.

Я закрываю глаза, опираюсь спиной на стену и позволяю своему сознанию изучить её. Вокруг леди стены. Она знает, какой у меня дар, она так долго им пользовалась.