Дикий шелк

– Скажи, как часто ты вспоминаешь обо мне по ночам?

– Никогда, – соврала она, просовывая к нему руку.

Сжав пальцы на шее Нифера, Сара вогнала когти под кожу, пока не пустила кровь. И она стала давить на него, заставляя опуститься вниз – на пол, на колени.

И Нифер опустился.

Этот жестокий циничный ликан с первой встречи расставил между ними иные роли, нежели можно было предположить. В их паре ведущей была она, когда Нифер – добровольно ведомый доминант при условии полного удовольствия подчинения.

Когда-то он выполнял все ее капризы, баловал покорным согласием на любую ее дурь. И ушел, когда она прогнала. И теперь Сара не собиралась ему прощать тех ошибок, которые он совершил.

– Не один десяток лет ты заставил меня верить в ложь, – говорила она, глядя сверху вниз на грозного ликана, которого многие боялись до седины. – Ты разрушил все, что между нами было. Ты убил меня в тот момент, когда это сделал!

– Тогда я сделал то, что посчитал необходимым, чего требовал мой долг. С одним лишь «но»: ты не должна была видеть той сцены с ребенком.

Не для тебя она была, ох, не для тебя. И за каким только дьяволом ты оказалась в ненужный момент в ненужном месте?!

– А для кого это все было?!

– Для того, кто защищал свои интересы.

– И тебя попросили об этом?

– Нет, но дали понять, что я должен что-то с этим сделать.

Сара моргнула несколько раз. Брюс! Только ее отчим мог так с ней поступить. Но этот разговор уже не к Ниферу, а хотя бы к матери, если не к самому Брюсу.

– Но как ты собирался это все провернуть со мной? Что хотел сказать мне?!

– Что наш ребенок не выжил.

– И чем же эта ложь лучше?

– Тем, что тогда мы были бы вместе. Я бы помог тебе справиться с болью. Я бы утешил.

Словно на рефлексе Сара сильнее сжала пальцы на горле ликана, еще глубже вгоняя под кожу ногти. Один жест, одно усилие отделяло ее от того, что хотелось сделать – вырвать ему кадык.

– Ты лживая, беспощадная, назойливая тварь, – прорычала Сара, ощущая, как по щеке катится слеза, потому что так или иначе, а эту «тварь» она любила.

– Знаю.

– Скольких невинных девушек ты погубил…

– Потому что они не могли заменить мне тебя…

– Скольких своих детей ты угробил…

– Потому что эти щенки не были рождены от тебя.

– Зачем?!

– Я мстил! – рыкнул он. – Мстил всем! За то, что ты выгнала меня из своей жизни. Я стал таким – каким ты меня сделала, любовь моя.

Сара дернулась. Эти слова ее словно бы ударили.