Хочешь, буду твоей

И девушка старалась как можно меньше на него смотреть. Видимо, стеснялась выдать с головой свое к нему влечение. И от этого самому Саше с ней было неловко, неуютно даже. Но для него такое было привычно. Некоторые девушки часто так себя вели в его присутствии. Только Сашу это почему-то не вдохновляло.

Закинув нарезанные дольки лимона в большой графин, Саша повернулся за чайником, вдруг замечая в дверях Ксению. Девушка опиралась плечом о косяк. И, похоже, появилась она здесь не только что.

– Не помешаю? – спросила Ксюша, проходя к холодильнику.

Все промолчали. Вера засмущалась от присутствия Ксении, а Саша напрягся. Открыв холодильник, Ксюша нагнулась за чем-то к самой нижней полке, демонстративно выделывая каждое свое движение. Достав же бутылку вина, подошла к нему:

– Не откроешь?

– Нет. Я занят. Попроси кого-нибудь из парней, – ответил Саша, всучив ей штопор.

– Я тебя прошу. Ты что, не парень?

Сжав зубы, Саша бросил на Ксению суровый взгляд, который она стойко выдержала. Вырвал у нее из рук вино и схватил штопор, но так, чтобы не коснуться ее ненароком.

А быстро вытащив пробку, Саша наконец-то протянул ей уже открытую бутылку. Но, сделав широкий шаг, Ксения накрыла его ладонь на толстом стекле и оказалась совсем близко, слишком близко, чтобы можно было сделать вдох. А ее губы скользнули по его губам, позволив почувствовать их вкус, пряностей и сладостей одновременно. Это Саша успел почувствовать за ту секунду, за которую ответил на такой напор, и вздрогнул, как неопытный мальчишка. Но испуг от такой реакции заставил его взбрыкнуть. Грубо отталкивая от себя Ксению, Саша выдернул свою руку из ее и отпустил бутылку. И сразу услышал, как та разбивается у их ног, окрашивая пол из кафельной плитки и одежду в алый цвет. Ксения отскочила назад и вскрикнула. А Саша, стерев с губ ее поцелуй тыльной стороной ладони, гневно зарычал:

– Черт! Твою мать! Ты что себе позволяешь?!

Посмотрев на свои испачканные джинсы, Ксения подняла к нему глаза:

– Ох, извините, Александр.

Я и не знала, что вы такой недотрога.

Шагнув прямо на осколки битого стекла, которые захрустели под его ногами, Саша навис над Ксенией:

– Кажется, я тебе уже все сказал на этот счет.

Опустив ладони в бедра, Ксения посмотрела на него с лукавой ухмылкой на губах, о которых Саша усердно старался не думать. Как же он был зол на эту заразу! И как был зол на себя за то, что разрывался от желаний – оттолкнуть ее и поцеловать, продолжив то, что так грубо прервал.