Игры богов. Право на любовь

Передо мной – черные глаза, не пустые, в этой тьме слишком много тепла и нежности. Одна я их вижу, когда эти глаза смотрят на меня. И мои пальцы впиваются в крепкую руку, которая держит… Маркус!

Стоит грохот. Я пытаюсь не упасть, хватаясь за все, что попадается под руку.

– Бери Лою, мы уходит, – торопливо говорит Маркус, сжимая мое лицо в ладонях.

– Что случилось?

– Арес узнал о нас, – слышу, словно приговор. – Если дойдет до Судеб…

В глазах любимого вижу отражение своей паники и отчаяния. Вот-вот у нас отберут все, что имеем.

– Откуда? – Только и спрашиваю, но уже знаю ответ наперед.

Перед глазами все плывет. Рука соскальзывает с гладкой поверхности.

– Трой… – слышу свой голос как раз перед тем, как потерять сознание.

Часть 2

Глава 1

Открываю глаза. Медленно прихожу в себя. Теперь цельную. В моем сознании больше нет ни одного пробела. На языке ощущается горечь момента истины. Вспоминаю все до мелочей. Вспоминаю, кто я.

Я – Хранитель Баланса под началом Бога Войны Ареса.

У меня за плечами – долгая жизнь, которую не объять пространством и временем. Я нахожусь вне их, как и многие другие – мои братья и сестры, такие же Хранители. Наша задача – охранять границы миров, через которые то и дело кто-то норовит проскочить, нарушая баланс. Да только, кажется, для меня это все в прошлом.

Я вспоминаю Маркуса. И сердце ускоряет ход. И становится тяжело дышать. Он тоже Хранитель. Мы были в одной команде. Всегда друг другу симпатизировали, пока к нам не пришла Афродита, щедрая Богиня Любви.

Она подарила нам новое чувство. Втайне от всех, в том числе и от Ареса. Хранителям не дозволено любить – такова его воля. Нам же такой шанс выпал. Мы приняли его, но прокололись.

Я вспоминаю Троя. И внутри закипает страх – за Лою, и злость – на него самого. Когда-то друг и брат – стал нашим врагом. Я помню его глаза, полные лихорадочной зависти.

– Скажи, – спрашивал он у Маркуса. – Каково это?

– Это лучшее, что есть во всей вселенной.

– И ты готов жертвовать собой ради этой… Любви?

– Да. Я готов умереть за один только поцелуй любимой женщины.

– Рейны? – Спрашивает, глядя на меня в объятьях Маркуса.

– Рейны, – отвечает тот с нежностью в голосе, целуя меня в висок.

Тогда, глядя в глаза Троя, я впервые почувствовала тревогу.

Я также помню его обещание – он обещал не раскрывать нас, но не сдержался. Он рассказал обо всем Аресу. И морок Афродиты, под которым мы укрывались, развеялся.