Месть Маргариты. Сегодня будет пир

Злость Юлиана стерлась с лица, вместо чего появилась глухая боль, мгновенно отразившаяся на его лице, и это мне совсем не понравилось.

– Юлиан… – насторожилась я.

– Алиса, выйди, – требовательно сказал он.

Не заставляя себя ждать, она грациозно зашагала к двери. Чего-чего, а сексуальности ей не занимать.

Юлиан подошел ко мне. Он молчал. Его поведение насторожило, и в испуге я лихорадочно попыталась достучаться до сознания Таши, но наткнулась на глухую стену. Это меня встревожило еще больше, чем поведение Юлиана.

– Скажи же мне, наконец, в чем дело?! – выкрикнула я, подскочив с дивана.

– Я не хотел говорить тебе сразу. – В нем было столько отчаяния. – Мне очень жаль, но она… мертва.

– Что?! Нет, этого не может быть!

На глазах наворачивались слезы. Я не хотела осознавать его слова, но Юлиан не мог мне так жестоко лгать. Столько было боли в его глазах…

– Прости, я не смог ей ничем помочь.

Я зарыдала, и обжигающие слезы покатились из глаз. Ноги стали как будто ватными.

Юлиан попытался меня обнять, но я оттолкнула его, опускаясь на пол. Душа разрывалась на куски, и я не знала, куда себя деть от этого гнилого чувства потери. Моя сестра, моя единственная подруга вечности – мертва!

Рыдания сотрясали все тело. В отчаянии я била кулаком по полу. Юлиан пытался меня утешить, прижать к себе. Он что-то шептал мне, но я не слушала и, оттолкнув его, поползла от него, от себя, от этого невыносимого чувства потери…

Когда слезы иссякли, я остановилась, свернулась калачиком, обняв свои колени, и уткнулась в них лицом.

Юлиан прильнул ко мне сзади и стал медленно гладить, осыпать поцелуями, шептать нежности. Он прижимал меня к себе, и было так хорошо в этих объятьях. Ткань его одежды была настолько тонкая, что казалось, ее нет вовсе.

В конце концов я успокоилась. Нежность Юлиана приятно действовала на меня. Это была не только моя потеря, но и его. Боль сменилась ненавистью. Вампиры просто так не умирают, если только бесконечная жизнь совсем не сведет их с ума.

Таша не была готова к смерти, она прожила всего на пятьдесят лет больше меня. Она была полна желания жить. А значит, кто-то ей помог умереть.

Я заметила, что мои волосы как-то странно дыбились. Посмотрев вверх, я увидела ковер, стеклянный стол и черные диваны – мы с Юлианом лежали на потолке. В отчаянии я совсем потеряла ориентацию. Иногда такое случается.

Я опустилась на пол, и Юлиан мягко приземлился лицом ко мне.