Пегас. Пламя Олимпа

Скажи-ка, сколько тебе? Шестнадцать? Может, семнадцать? Так что я спрошу еще раз: где ты ее взял?

Пэйлин не собирался сообщать им, сколько ему на самом деле лет или как он оказался на улице. И уж конечно, он не мог рассказать об уздечке и о том, у кого забрал ее. Вместо этого он просто пожал плечами:

– Я не могу вспомнить.

– Какая удобная у тебя память, – заметил офицер Джейкобс. – Ты помнишь, что это подарок, но не помнишь, от кого.

Теперь полицейский переключил внимание на крылатые сандалии превосходной работы.

Изящные разноцветные перышки служили украшением крошечных крыльев, а в мягкую кожу были вделаны бриллианты, сапфиры и рубины потрясающей огранки.

– А что об этом скажешь? Они тоже выглядят довольно дорого. – Офицер Джейкобс подмигнул доктору, прежде чем усмехнуться. – Или, может, скажешь, что тебе их дал Меркурий, посланник богов?

– Все верно, – просто ответил Пэйлин.

– Что верно? – спросил сбитый с толку офицер Джейкобс.

– Это подарок от Меркурия. – Пэйлин опустил взгляд и почувствовал нарастающий ком в горле.

 – Он отдал их мне перед смертью.

Офицер Джейкобс нахмурился и тряхнул головой:

– Что? Чьей смертью? Пэйлин, объясни мне, кто перед смертью отдал тебе эти сандалии?

Пэйлин почувствовал, что разговор заходит в нехорошую сторону.

– Никто. Я же говорил, мне их подарили.

– Ну уж нет, ты только что сказал, что кто-то погиб. И я знаю, что это не Меркурий. Тогда кто? Где он сейчас?

– Я ошибся, – защищаясь, затараторил Пэйлин. – Меркурий не погиб.

Нирады не вторглись на Олимп, и не было никакой войны. Все счастливы и в полном порядке.

– Нирады? Олимп? – повторил офицер Джейкобс. – О чем ты вообще толкуешь?

Пэйлин понял, что ляпнул лишнее.

– Я… Я не помню. У меня болит голова.

Он с благодарностью заметил, как доктор Бернштейн вышел вперед.

– Полагаю, на сегодня достаточно, офицер. Этот молодой человек прошел через ужасные испытания. Лучшее, что мы можем для него сейчас сделать, это дать отдохнуть.

Полицейский буравил Пэйлина взглядом, но, в конце концов, кивнул:

– Ладно, продолжим позже.

 – Он начал убирать уздечку, тунику и сандалии обратно в больничный пакет. – Но вещи, пока мы не выясним, кому они принадлежат, побудут у меня.

Пэйлин запаниковал. Он приложил столько усилий, чтобы заполучить уздечку Пегаса, и не хотел, чтобы этот человек забирал ее у него. Откинув одеяло, он попытался подняться с кровати, но тяжелые гипсовые повязки остановили его.

– Пожалуйста, это мои вещи.