Твоей любви отрава

И крик протеста не отступать. Словно умрет, если не сделает шаг навстречу к своей мечте.

***

Уже давно у него не перехватывало дыхание. А сейчас перехватило. Снова увидеть Марину в танце – это такая мощная масса эмоций, с которой сложно справится. Это как ураган в пустыне, когда нет препятствий для спада. Он почти задохнулся всем тем, что к ней испытывал. Ведь она не изменилась. И не разучилась танцевать так, что замирало что-то в груди не только у него. Нежная грация, такая слепящая экспрессия и четкость в каждом жесте – это все о ней.

И конечно ее яркая сексуальность в такие моменты, которая всегда доводила его до исступления. Ведь так часто казалось, что уложить ее спиной на паркет хочется гораздо сильнее, чем танцевать на нем и завоевывать какие-то там победы. Даже сейчас его бросало в жар от каждого движения Марины. Только вот раздражало, что ее ведет и держит за талию совсем не он.

– Марк! – услышал в который раз.

– Что? – наконец-то спросил у своей женщины, все-таки поворачивая к ней голову.

– Что она здесь делает? Может, еще и на чемпионате за меня станцует? – выпалила Лиза, прежде чем развернуться и выйти из зала гордой походкой от бедра.

Обиделась. Теперь снова придется успокаивать.

– Марина, – позвал он, так бестактно прерывая чужой танец, у всех на глазах. – Можно тебя на минутку?

Она так резко остановилась, что чуть не споткнулась об ногу своего партнера. А тот и рад ее поддержать. Попросив сына остаться в зале, она поспешила за Марком.

А когда зашла следом в его кабинет, сразу спросила:

– Что-то не так?

– Да. Ты не могла бы вести себя скромнее и ничего не делать в моей школе? У Саши с Лизой на носу чемпионат федерального округа, мне не нужны с ними проблемы.

– Но это просто танец…

О, как же она его злила. Особенно своей наивностью. И конечно привлекательностью в любой ситуации. Так и хотелось наорать на нее. Взять за плечи и хорошенько встряхнуть. А лучше прижать к себе и поцеловать…

– Нет, Марин, в твоем случае это не просто танец.

Так что, перестань, хорошо? Не заставляй меня звереть.

А на лице напротив сплошное изумление.

– Но… перестать что?! Я ведь ничего не сделала, Марк.

Да она ни черта не понимает. И он все-таки не выдержал:

– Не надо танцевать в моей школе!

Марина так вздрогнула, будто ударил ее. Словами так точно. И сам не ожидал, что это получится настолько грубо. И что в глазах напротив появится слезливый блеск.