Власть Маргариты. Любовь из прошлого

Странно было ждать от Первородного каких-то эмоций, но они были, и эти эмоции плясали на моих губах касанием его языка и губ. Раз он это просил, значит, чего-то хотел, и я решила пойти дальше.

«Отпусти их» – молила я, сидя на нем и крепко обнимая за шею, так что пальцы задевали короткие волосы.

«Чем меньше ты будешь отвлекаться на них, тем больше я буду отвлекаться на тебя» – было мне вопиющим ответом.

«Ты что, хочешь заняться со мной сексом у всех на глазах?»

«Ты очень проницательна, моя Маргарита».

Я в ужасе отпрянула от Александра, заглядывая в его глаза.

«Я не буду этого делать» – ответила я, не уверенная, что стоит такое произносить.

«Тогда отойди и не мешай мне заниматься тем, что мне может принести не меньшее удовольствие. У меня большой список тех, кто заслужил наказания».

«Кто еще?»

«Все, кто тебя касался».

«Что? Кто все? Ян… Серафим, мои сыновья?..»

«Именно».

«Нет, ты этого не сделаешь», – решительно произнесла я, начиная злиться.

Моя рука сжалась в кулак, и лишь каким-то чудом я удержалась от того, чтобы не врезать ему по лицу. Взглянув на мою руку, он улыбнулся.

«Как ты поняла, это все зависит от тебя».

«Ты подлый, наглый, самодовольный тиран!»

«Я могу быть и хуже, поверь. Так каков твой выбор?»

«Почему ты хочешь меня так унизить? Почему здесь и сейчас?»

«Потому что я хочу этого здесь и сейчас».

«И чтобы моим любимым было больно это видеть, не так ли?»

«Мне кажется, это меньшая мера из тех наказаний, которые я предпочитаю.

«Что это значит?»

«Не спеши забегать вперед, решай вопросы по мере их поступления».

«Нет, я на это не согласна. Если я сейчас занимаюсь с тобой сексом, то ты оставляешь их в покое».

«Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия. Но если ты сейчас выполнишь мое желание, это для них будет большим плюсом, как и для тебя. Обещаю».

Я глухо зашипела, рыкнув от досады, и повернула голову. Юлиан уже не дымился, и его кожа медленно восстанавливалась. У Инги тоже. Смертная женщина Юлиана тряслась над ним, вытирая со своих щек слезы. Никто так и не поднимался с колен, потому что Александр еще никому этого не позволил. Музыка продолжала играть, в остальном же стояла тишина. И тут я увидела Яна. Он стоял, как и все, приклонив колено, но вместо страха в нем была ярость, с которой он смотрел на нас.