Остов

Они покрывают песок, оседают на воде в ручье, который все так же течет к морю.

Ник чувствует, что во рту у него пересохло.

Монтировкой он подпирает верхнюю челюсть кита, оставляя щель во внешний мир; небо быстро светлеет.

Скрежеща зубами от боли, раздирающей все тело, он ползком добирается до рюкзака Рут, который лежит за ней. Находит флягу, открывает ее и льет воду в свой пересохший рот. Затем падает рядом с Рут и бережно открывает пальцами ее рот. В ее глазах появляется беспокойство, но, почувствовав прикосновение к губам холодного металла, она с жадностью пьет.

Повернув голову, Рут смотрит в отверстие за спиной Ника. Она видит падающий пепел, и глаза ее округляются. Она смотрит на него, надеясь получить объяснение.

Он качает головой.

Тоже не знает, как им быть дальше.

Ник снова ложится рядом с Рут. Чувствует, что одежда на нем мокрая, но пока ему тепло.

Она поворачивается к нему.

– Мы живы.

Он кивает. Слова Рут он прочитал по ее губам, ее голос звучит как отдаленный шорох.

– Почему?

Ник качает головой. Он и сам не понимает.

Она трогает его лицо. Ее прикосновение вызывает жгучую боль. Должно быть, кожа его тоже покрыта волдырями, как и у нее. Он морщит лоб. Рут подносит руку к своему лицу. И резко дергает головой от собственного прикосновения.

Рут кажется, что ее лицо горит. Она оглохла. В ушах лишь какое-то бульканье. Свет, струящийся в щель, едва-едва освещает Ника.

Ей кажется, что она спит и видит сон.

Она роняет руку, нащупывает рядом ладонь Ника, берет ее, хотя испытывает при этом адскую боль, и смотрит на него.

Ее переполняет благодарность к этому едва знакомому человеку. Его веки тяжелеют. Она тоже закрывает глаза. Стискивает его ладонь, и он в ответ обнимает ее одной рукой, укрывая своим телом. Она слышит гудение собственной крови, шум в ушах, похожий на рев водопада, обрушивающегося на камни. Чувствует, как его тело обмякает.

Его сознание затуманивается, мысли вытесняются снами.

Снаружи толстый слой пепла покрывает опаленную кожу кита. Берег белеет в темноте, словно припорошенный снегом.

Напитанное пеплом небо теперь изрыгает его – прах кремированного человечества.

Вскоре и кит, и пикап Ника становятся частью берегового рельефа.

Все усыпано пеплом.

Солнце пробивается сквозь облака летающих хлопьев, и небо постепенно светлеет.

Но мужчина и женщина, пережившие катаклизм, не просыпаются.