Финиш

– Что это?

– То же самое, что «Тайленол». Только действует быстрее. Разведи его в соке.

– У нас нет сока.

Она вздыхает и, собрав с кровати фотографии, с любовью кладет их в старую коробку из-под сигар, что стоит на тумбе. Иду к комоду, выуживаю из ее сумки кошелек и достаю двадцатку.

– Какого хрена ты делаешь?

– Иду за нужным Дому лекарством и новой машинкой, с которой он будет играть, пока болеет. – Своим тоном подзадориваю ее. К этой стычке я готов.

Она открывает было рот, чтобы возразить, но опускается на кровать.

– Ладно, как хочешь.

– Мы тоже не хотим такую мать. – Сминаю купюру и закидываю кошелек обратно в сумку. – Просто держись от него подальше. Я сам о нем позабочусь.

– Ну и ладно, мальчишка. Закрой дверь. – Дельфина закатывает глаза и выключает лампу. Комната погружается в кромешную темноту. Через пару секунд тетка отрубится. Пробираясь на ощупь из ее спальни, в тусклом свете от лампы, горящей в комнате Доминика, иду на кухню за водой. Высыпаю в чашку полпакетика, который дала Дельфина, и размешиваю, смотря в окно на луну, пока по стеклу проползает таракан.

– Оденься, чтобы не чесаться.

– Но очень сильно чешется!

– Нельзя. Будет хуже и останутся шрамы.

Доминик перестает чесаться и, тяжело вздохнув, надевает пижаму. Пижаму, из которой уже вырос. До сих пор помню тот день, когда мы с мамой привезли ее домой. Пижаму выбрал я. Да и родители еще не так давно были живы.

Доминик хмуро косится на стакан.

– От этого я стану сильнее?

– Да. Когда заболеваешь, тело само понимает, как тебе стать сильнее, чтобы в следующий раз ты не заболел. Оно борется с возбудителем инфекции и вырабатывает к ней антитела.

– Что такое инфекция?

– Это причина, почему ты заболел.

– Что такое антидела?

– Антитела. Они в тебе живут. Создают войско, которое помогает победить болезнь.

– Откуда ты это знаешь? – спрашивает брат и наклоняет голову, как наш папа.

– Читаю книги. Книги делают умнее.

– Тогда я буду читать книги, – говорит он. – Много книг. Стану сильным и умным, тогда больше никто не посмеет меня обидеть.

– Хорошо. А теперь пей.

Доминик отпивает из стакана и морщится.

– Не хочу.

– Там лекарство. Тебе оно нужно.

– Гадость.

– Пей, Дом. А завтра я куплю тебе лекарство вкуснее.

Вскоре он допивает лекарство и засыпает, а я, проверив, спала ли у него температура, ложусь рядом и отключаюсь.