Финиш

Он все тот же мужчина… и вместе с тем изменился настолько, что в голове не укладывается. Возможно, дело в его откровенности, в рвении открыть секреты и стороны своей жизни, которые постоянно скрывал. В то же самое время я до сих пор чувствую, что он что-то утаивает, что-то я упускаю. И до сих пор потрясена, что он в Вирджинии, сидит за рулем «Камаро» Доминика и собирается снова спать в моей постели – более того, хочет жить вместе.

Все это еще пару дней назад я считала невозможным. Я так хочу просто быть счастливой, принять его и свыкнуться с мыслью, что так все и будет, но меня терзают отголоски прошлого.

По моему опыту, как только я приму любовь, приму счастье, его отнимут у меня самым беспощадным способом. Я обвинила Тобиаса в трусости, а теперь сама позволяю страхам затмевать все остальное.

– Спрашивай, о чем хочешь, – говорит он, бросив на меня взгляд.

А я, наоборот, откидываюсь на спинку, в глазах сухо, тело ноет. Мне не дает покоя недоверие. Сегодня явно что-то было не так, никак не могу понять, что, но решаю пока этот вопрос отложить.

Никогда в жизни не чувствовала себя такой уставшей, но не могу отвести от Тобиаса взгляд. В голове не укладывается, что он здесь. Ни разу не тешила себя мыслью, как мы живем с ним тут вместе, потому что намеревалась его забыть. Сегодня утром откровения Тобиаса несколько изменили суждения, и, возможно, отсюда и проистекает нерешительность. Если все обретет смысл, я перестану так злиться. Когда Тобиас подъезжает к дому, с трудом открываю тяжелую дверь, а он забирает с заднего сиденья несколько пакетов и овощной суп, завернутый в бумагу, который заказал перед уходом из кафе.

Он дожидается меня у капота и, положив свободную руку мне на талию, приглашает пройти. Мы подходим к двери. Тобиас перебирает ключи и, найдя нужный, вставляет его в замочную скважину. Стоя справа от него, замечаю, как его плечи поникают, а потом он тяжко вздыхает. Тобиас ставит пакеты и поворачивается ко мне, и я непонимающе смотрю на него.

Положив ладонь мне на живот и смотря знакомым хищным взглядом, отводит меня к краю крыльца и прижимает к стене дома.

Он неотрывно смотрит на меня, а потом запускает пальцы в мои волосы, стискивает их и набрасывается на мой рот. Я охаю, и Тобиас пользуется моим удивлением, побуждая открыть рот шире, а потом пылко вторгается в него языком. Прижимается ко мне, не оставляя между нашими телами ни одного свободного миллиметра.