Искры незабываемых чувств

От него не укрылось то, как напряжена каждая мышца ее стройной фигурки, как нервно вздымается и опускается ее высокая грудь под тонким кружевом.

– Рыжая…

Если бы он только знал, как она ненавидит это прозвище! Роуз не могла глаз отвести от него. Взгляд Найро будто прожигал ее насквозь. Вдруг он медленно поднял руку и прикоснулся к ее лицу. Подушечки его пальцев мягко легли на щеку Роуз.

– Я никогда не предполагал, что увижу тебя снова. Забавно встретиться вот так.

Забавно? Она часто мечтала об этом в прошлом, но одновременно впадала в ужас при мысли об их встрече.

– Но должен сказать тебе, я уже не тот, каким был раньше.

– Я вижу. Если, конечно, Морено твое настоящее имя, – парировала Роуз.

– Морено – фамилия моей семьи. – Вдруг его лицо помрачнело. – Они отпустили меня… За неимением доказательств моей вины.

Тон разговора изменился, он стал похож чуть ли не на беседу двух старых знакомых, но ожесточенность во взгляде Найро ясно говорила о том, что это всего лишь притворство. В этом человеке не осталось ничего от того дикого Джетта с длинными волосами, который украл ее сердце, а потом безжалостно растоптал его.

Действительно ли он член семьи испанских аристократов, или богатство – плод его собственных трудов? Пусть не нашлось доказательств его вины в том преступлении, в котором Роуз его подозревала, но он явно прошел долгий путь, прежде чем достичь успеха, а это свидетельствует о хладнокровии и расчетливости, присущим далеко не всем людям.

– Ты не должна никому рассказывать о тех временах, когда мы познакомились, – прозвучал категоричный приказ, в котором угадывалась угроза.

Найро предупреждает ее. Ничего хорошего ей ждать не стоит, если она приоткроет завесу тайны, которую он предпочитает скрывать. – Даже мисс Кавальеро.

– Сомневаюсь, что ей это будет интересно. Я никому ничего не скажу.

– Правильно. Не смей.

Палец скользнул по ее щеке, прошелся по подбородку и замер у уголка губ. Глаза из-под полуопущенных ресниц с любопытством изучали выражение ее лица.

Роуз хотела отвернуться и отойти от него, но в то же время это ничего не значащее прикосновение будто вернуло ее в прошлое, когда его руки ласкали ее кожу.

Нет, нельзя вспоминать об этом!

– Убери руку, – прошипела молодая женщина. – Я не давала тебе разрешения трогать меня и…

Она не договорила, сбитая с толку неожиданным бархатным смехом, вызванным ее словами. Найро намеренно продолжал гладить ее щеку.

– Перестань! – На этот раз Роуз резко отдернула голову.