Вкус свободы

Лунный свет отражается от поверхности океана, заставляя воду блестеть и играть. Непривычно слышать звуки прибоя без шума города. Соленый воздух окутывает меня, и, сделав глубокий вдох, я ощущаю, как он заполняет легкие. Маленькие капли океана оседают на лице.

Спрыгиваю на песок и обхватываю себя руками.

– Подумал, ты хочешь побыть в тишине, – Кэмерон протягивает мне теплый плед.

– Спасибо, – отвечаю я и накидываю его на плечи.

Мы подходим к воде и опускаемся на песок.

Кэмерон задумчиво смотрит на океан, берет горсть песка и не спеша высыпает его из ладони.

Я не так хорошо знаю этого парня, но в его глазах видна тоска. Наверняка он думает о брате. Кэмерон так зачарованно и с такой любовью рассказывал о нем. А сейчас словно потерял часть себя.

Поэтому я в который раз убеждаюсь, что никакими словами нельзя утешить человека, прошедшего через смерть близких.

– Трэвис был необычайно смелым, но в то же время чертовски глупым, – вдруг говорит Кэмерон с улыбкой. – Он мог прыгнуть с вершины водопада, не задумываясь о том, что скрывается внизу.

А однажды он за считаные секунды бросился из самолета, когда увидел, что парашют одного из участников соревнования не раскрылся.

Он смеется и, закинув голову назад, сморит на звездное небо.

– Ты скучаешь по нему? – шепчу я.

– Адски.

– Как это произошло?

– Мы были на Гавайях. Волны были просто потрясающими. Через пару дней мы должны были отправиться домой, чтобы отпраздновать юбилей мамы. Пока мы с Эми отправились за коктейлем, ему стало плохо.

Сердечный приступ. Никто ничего не успел сделать. Он умер в океане.

У меня сжимается сердце, а к глазам подступают слезы. Плечи Кэмерона напряжены. Он переводит дыхание и отводит взгляд, показывая всем своим видом, что это уже в прошлом.

Но это не так. Такие моменты навсегда остаются с нами.

Я протягиваю руку и касаюсь его пальцев. Аккуратно беру его ладонь в свою и, придвинувшись ближе, кладу голову ему на плечо.

Кэмерон крепче сжимает мою руку и переплетает наши пальцы.

Мы молча смотрим на океан. На стихию, которая забрала часть его души. Но он продолжает заниматься серфингом, несмотря на то, что должен ненавидеть океан. Может, таким способом он чтит память брата.

Сейчас моя проблема с папарацци кажется мне такой мелочью. Я не представляю, как бы себя чувствовала, если бы с кем-то, кого я люблю, произошло подобное. Смерть каждый день преследует каждого из нас, и к ней нельзя быть готовым. Она заставляет ценить жизнь.