Мистер Невыносимость

– На песке лежать и правда лучше, – призналась она неожиданно, посмотрев в сторону наших полотенец. – Не думала, что это так здорово!

Я подняла бровь. Наверное, я бы засмеялась, если бы мне кто-то из друзей сказал, что никогда не лежал на пляже на песке, но тут был совсем другой случай. Жасмин является частью гламурного мира. Она давно принадлежит к совсем другому слою общества. Даже когда Жасмин ещё не работала на Лоурена, она уже находилась в центре внимания. У неё всегда были известные ухажёры, которые оплачивали все её прихоти, и Жасмин этого не скрывала.

Проблем с деньгами она никогда не знала.

Мне нравилось, что она не пыталась строить из себя целомудренную недотрогу и говорила всё как есть. Было бы странно, если бы такая великолепная девушка, как Жасмин, не пользовалась своей внешностью, чтобы завести полезные знакомства. Но по её взгляду я поняла, что были моменты в её жизни, которыми она не гордилась. Жасмин не рассказывала подробностей, но чётко дала мне понять, что Лоурен сильно изменил её саму и её жизнь.

Вглядываясь в заходящее солнце, немного помолчав, она вдруг спросила:

– А вы с господином Гроссмайером… вы, как бы это сказать… в близких отношениях?

Я покраснела до кончиков ушей и замахала руками перед её лицом, сразу догадавшись, к чему она клонит.

– Упаси Господи! Нет! – начала я горячо оправдываться. Жасмин заметно расслабилась. – Мой отец когда-то занимал твою должность, и Лоурен очень подружился с нашей семьёй… – «Кроме меня», – подумала я про себя, но ей о таком личном знать необязательно.

 – А потом, после смерти наших родителей, он очень помогал моей сестре. А ещё Лоурен был моим репетитором. Он подготавливал меня к поступлению в университет. Сейчас он что-то вроде моей няньки. Моя сестра с мужем уехали в свадебное путешествие и оставили его следить за мной, чтобы я не натворила глупостей. Вроде бы проблемным подростком я никогда не была и сейчас уже взрослая, но, похоже, Лоурен и моя сестра думают иначе. Не знаю, что у них там в голове происходит. Наверное, я в их глазах всё ещё ребёнок.

Жасмин оживилась, услышав мой рассказ, и, похоже, немало удивилась.

– Правда? Я никогда не слышала об этом! Его личная жизнь всегда покрыта мраком. Он никому ничего не рассказывает. Кто бы мог подумать, что господин Гроссмайер… – она запнулась от неловкости.

– …может проявлять о ком-то заботу? – закончила я начатое ей предложение. Она кивнула и смутилась. Я попала в точку.