Вайс

Половину фонарей выбили, и они не работали. Как раз с этого угла и начинались старинные постройки. Никому не было дела до здешних обитателей и до их безопасности. Но Оля уже не первую зиму скакала тут сайгаком, и смело скользила вперёд. Всё как всегда… Ничего не поменялось за годы, прожитые здесь. «Наверное, это даже весело, что всё остаётся на своих привычных местах. Зато сейчас тортик куплен не как всегда, и можно будет полакомиться от души», – подумала Оля, и тут какой-то прохожий сильно задел её за плечо. Она успела только ахнуть и сразу резко поскользнулась на месте, а потом полетела назад.

Удержать равновесие было невозможно. Торт в коробке шмякнулся на заледеневший снег, а её голова треснулась об лёд. На секунду стало очень больно, а потом перед глазами всё потемнело.

«Вот же невезение, – промелькнуло у неё в мозгу. – Что теперь будет с работой?»

На этой обыденной мысли сознание Оли совсем отключилось. Прошли секунды, минуты или даже часы в море чёрной пустоты, а потом откуда-то издалека послышался настойчивый, переполошённый мужской голос.

Он был очень приятным и мелодичным, но в то же время крайне назойливым и раздражающим.

– Девушка, очнитесь! Очнитесь же! Девушка, с вами всё в порядке! Девушка!..

«Да отстань ты!» – хотелось ответить, но Оля не могла. Она попыталась приоткрыть глаза и посмотреть на надоеду— веки были слишком тяжёлые. Однако через тоненькие щёлочки она успела увидеть яркий белый свет и очертания столь же яркого силуэта. А потом всё. Силы снова покинули её, и Оля потеряла сознание окончательно…

Где-то рядом раздавалось шуршание.

Оно мешало. В какой-то момент этот звук уже невозможно было игнорировать. Оля попробовала приподнять веки – в этот раз у неё получилось. Чистую, стерильную белую комнату заливал матовый солнечный свет. Он жёг глаза. Оля сощурилась, поворачивая голову вбок. Тут же затылок пронзила острая боль. Она протяжно застонала.

– О, проснулась наконец! – бодро произнесла Зоя, сидящая на стуле рядом с её кроватью.

 – Я тебе тут вещей принесла из дома и в тумбочку положила.

– Где я? – промямлила Оля и с трудом обвела взглядом помещение. Стены были чужими.

– В больнице, где же ещё, – фыркнула Зоя в ответ. – Как всегда, неслась на всех парах, вот и грохнулась. Теперь – да здравствует сотрясение мозга.

Оля всё ещё толком не могла прийти в себя и понять, о чём говорит Зоя. Какая больница? Какое сотрясение? С чего вообще? И тут на неё волной накатили воспоминания. Точно.