В разбитом сердце

Для меня это не стало сюрпризом, и я ни на что не надеялся, когда из меня вырвалось это предложение. Но нужно было как-то загладить ситуацию.

– Ну что ты сразу так жестоко? Я просто предложил. Не заводись. – Я поднял обе руки и обезоруженно улыбнулся.

Кассандра какое-то время изучала мое лицо, а потом неожиданно начала тихо хихикать в ладошку.

– Все-таки слухи, ходящие о тебе, правда.

– Какие именно слухи? – уточнил я, чувствуя облегчение от того, что она отошла так быстро.

Профессор подняла бровь.

– А ты сам, что ли, не в курсе?

Я тоже поднял бровь.

– Ты имеешь в виду, что я популярен у девушек?

– А ты умеешь польстить себе! Ты слывешь настоящим донжуаном, и это наводит на определенные мысли, особенно после твоего смелого предложения посетить твое жилище.

Кассандра снова рассмеялась. Хоть тема была для меня не самая приятная, мне стало легче от ее смеха. Похоже, я отвлек ее от терзаний, из-за которых она напивалась в одиночестве. Но, с другой стороны, мне не нравилось, что она думает обо мне так плохо, даже если я по сути засранец и заслуживаю этого.

Взяв бутылку, я сделал еще один глоток, прежде чем говорить дальше. Профессор не отрывала от меня своего прожигающего любопытного взгляда.

– Все не совсем так, как кажется. Просто у меня не особо клеятся серьезные отношения, я выгляжу надменным и эгоистичным – может, это в каком-то смысле так и есть, но… – Набрав в легкие воздуха, я шумно выдохнул и посмотрел в окно. Уже почти совсем стемнело.

На территории студенческого городка зажглись фонари, и их тусклый свет еле добирался до нас. – При этом я не морочу никому голову. Я всегда честен. Мне нравится секс. И с девушками я встречаюсь исключительно ради удовольствия. Они это знают, но в конце я все равно оказываюсь злодеем. Не понимаю, почему они себя так ведут. Ведь я с самого начала проясняю обстановку. Они часто обвиняют меня в том, что я безразличный и холодный и что мне на них наплевать, но это вовсе не так. Просто я в них не влюбляюсь, как они хотят, и не совсем умею правильно выражать свои чувства, чтобы никого не задеть. Я не умею быть милым.

Наверное, я впервые был с кем-то настолько откровенен насчет своих чувств. Почему-то мне легко давалось говорить с Кассандрой, не важно, о чем заходила речь. С ней все казалось таким же естественным, как она сама.

Профессор выслушала меня внимательно и с абсолютной серьезностью. Потом она откашлялась. Это выдало ее смущение.