Нити ярче серебра

Она выглядела как оборванка: с плеч свисали лохмотья, промокшие туфли были перепачканы грязью, мокрые волосы прилипли к бледной коже.

Взгляд Ио остановился на Эдее – она осмотрела его с головы до ног. На нем был шерстяной свитер – не тот, в котором она видела его в первый раз; его ботинки оставляли на темном деревянном полу едва заметные мокрые следы. Так вот куда он исчез сразу после нападения – нырнул за духом? Их глаза встретились – Ио покраснела и перевела взгляд на старуху.

– Что вы видите, мисс Ора? – спросила Бьянка.

Вблизи, в ослепительном свете утренней зари, губы старухи казались темно-багровыми. Под желтеющими глазами собрались мешки, вены окрасили руки в синий, чешуйки омертвевшей кожи осыпали одежду и волосы. Она выглядела как разлагающийся труп, безжизненное тело, ходячий мертвец.

Ио расправила Полотно, вопреки всему надеясь, что ошиблась, что это была всего лишь игра света. Однако старуха по-прежнему сжимала в руке оборванную нить жизни. Держась на расстоянии, Ио обошла ее, чтобы рассмотреть получше.

Нить спадала на белый ковер, сворачиваясь у ног духа. Ио сравнила ее со своим набором нитей, затем – с нитями Бьянки и Эдея. Это определенно была нить жизни, сотканная из того же блестящего серебра, сияние которого затмевало любую другую нить.

– Что она такое? – спросила Бьянка.

– Ее нить жизни оборвана, – сказала Ио. – И все же она жива. Я никогда не видела ничего подобного.

Бьянка, как ни странно, не усомнилась в ее словах, как Ава.

– Думаешь, поэтому она убила того человека? Разрыв нити жизни свел ее с ума?

«Я не знаю», – вертелось у Ио в голове.

Но это был не тот ответ, которого ждала Бьянка, да и сама она не могла позволить себе так ответить. Причины, мотивы, решения – вот ее конек. Люди платили хорошие деньги за способности ее рационального ума, умение видеть то, что связывает людей, – как нити Полотна, так и метафорические нити. Факты были таковы: труп, оборванная нить жизни, бессмертная убийца. Безумие было лишь одним из возможных объяснений.

Но Ио помнила, что тогда, в квартире, старуха сказала: «Есть преступления, которые нельзя оставлять безнаказанными».

Это был мотив, хотя и весьма загадочный.

Ио спросила старуху:

– За какие преступления ты его наказала?

Дух не ответил. С тех пор как женщина вошла в кабинет, она не сводила глаз с Бьянки, и в ее взгляде читалось то, что можно назвать лишь голодом.

Ио встала между старухой и королевой мафии, загородив духу обзор.