Властолюбивые ведьмы

В голосе гвардейца прозвучала привычная для большинства людей брезгливость. Ничего, это пока в чём-то не провинишься, улыбнулся Иосиф. Карл вон не даст соврать. Столько десятилетий он служил королям, а может ещё вернётся на службу в будущем. Ногти ведь не волосы – зарубцуются, если не отрастут.

Иосиф послал Карлу ободряющий кивок. Камергер никогда мудро не выказывал к нему пренебрежения. Карл вздрогнул, заметив жест палача.

Иосиф указал на одно из кресел, то, что поближе к окну, развёрнутое под таким углом, чтобы скрывать палачу лицо мученика, но ясно показывать руки и ноги.

Гвардейцы подтолкнули Карла в указанном направлении. Он потерял равновесие, ловя его вытянутыми вперёд руками в цепях, и чуть согнул в коленях закованные ноги.

– Нельзя ли чуть нежнее, господа? – спросил Карл.

Он повернул голову в сторону гвардейцев и укоризненно нахмурился.

– Всё понимаю, ваш долг и всё прочее… Но не так я был плох ещё вчера, чтобы пихать меня сегодня.

– Нам всё это тоже не сильно нравится, сударь, – ответил старший.

 – Мы редко бываем надзирателями и конвоирами. Хватает и обычной солдатни для того. Поэтому, давайте все просто потерпим, а завтра, быть может, сегодняшние неприятности растают, как дурной сон.

– Увидим, увидим, – произнёс Иосиф.

Он уже подошёл к креслу и ждал лишь Карла, чтобы усадить его и зафиксировать руки и ноги поверх цепей. Впрочем, цепи на время будут сняты. Возможно, следует проявить уважение и снять их до размещения Карла в кресле?

Тень сомнения мелькнула на лице палача.

Он задумался на мгновение. Потом отрицательно помотал головой в ответ на свои же мысли. Нет, не следует менять заведённый порядок даже для камергера Его Величества. И так многое из навыков утрачено.

Палач усадил Карла, доковылявшего до кресла. Ремни охватили руки чуть выше кистей, а ноги – чуть выше ступней, расположенных на небольшой подставке. В итоге конечности Карла оказались накрепко привязаны к подлокотникам и ножкам.

Иосиф отошёл на шаг, окинул взглядом результаты выполненной работы и с сомнение покачал головой.

Затем наклонился к Карлу и ещё затянул ремни, отчего руки и ноги слегка побагровели, чтобы в скором времени побелеть.

Надо было спешить, пока ремни не приведут к оттоку крови, а с ним – онемению и потере чувствительности. Впрочем, может быть, так и надо? Возможно, стоит слегка «помочь» своему подопечному, чтобы он совсем-совсем не страдал?

Иосиф удивился очередной шальной мыслишке, посетившей его голову.