Жизнь по обмену

 – Аллегра утверждает, что она почти не общается с Логаном, но…

– Ты ей не веришь?

– Ее как будто подменили. На самом деле, с тех пор как умерла мама, она приходит, только когда ей нужны деньги. У меня такое ощущение, что я больше ее не знаю. – Брат сжимает губы. – Я переживаю за Аллегру. Я звонил ее психотерапевту, но она даже не вспомнила нашу фамилию. И только когда я углубился в подробности, поняла, о ком речь. Судя по всему, Аллегра уже давно там не появлялась. Мне правда не хочется обвинять нашу сестру в чем-то плохом, но… И что она делает с деньгами, которые берет у меня на сеансы психотерапии?

– Мика, она должна понимать, что правильно, а что нет.

Аллегра же не дура, – пытаюсь я успокоить его, однако то, что он сейчас рассказал, звучит совсем нехорошо. – Я с ней поговорю, о’кей? – предлагаю я. – Думаю, что смогу остаться как минимум на несколько дней. Наверняка подвернется какая-нибудь возможность.

– А папа? – осторожно спрашивает брат.

Я вздыхаю.

– Ему ты тоже нужен.

Ты обещал.

– Не обещал, – возмущаюсь я, но вижу проблеск надежды в его глазах. Черт! Не могу же я опять вот так оставить его одного?

– Ладно, с папой тоже поговорю, – в конце концов сдаюсь я, хоть и не представляю, во что ввязываюсь. – Но если я это сделаю, то не хочу больше никогда слышать упреков в свой адрес.

Мика приподнимает бровь и делает еще один глоток.

– Поживем – увидим.

9

Холли

Лос-Анджелес, Калифорния

Только я поставила в духовку картофель по-деревенски, как раздается звонок в дверь.

У меня замирает сердце, и я быстро бросаю взгляд на часы. Пунктуален до минуты. Боже мой! Перед дверью еще раз мельком смотрюсь в зеркало, чтобы удостовериться, что волосы лежат более-менее нормально и у меня волшебным образом не вырос длинный нос. Никогда ведь не знаешь наверняка. Затем делаю глубокий вдох и выдох и открываю дверь.

Паскаль переоделся, сменил серые джинсы и черную футболку на синие джинсы и белую рубашку и расстегнул две верхние пуговицы.

Рукава закатаны, так что видны его мускулистые загорелые руки. В левой у него упаковка из шести бутылок пива, в правой – бутылка вина. Но что сильнее всего сбивает меня с толку, так это синяк у него на лбу.

– Что за вид? – выпаливаю я и тут же зажимаю рот рукой. Лучшее приветствие всех времен и народов. Супер, Холли!

Поморщившись, Паскаль пожимает плечами:

– Ударился головой. Фургон иногда оказывается намного уже, чем ты думаешь.