Бладхаунд. Играя на инстинктах

А еще – любящий муж, которого дома ждет красивейшая женщина на свете! Само собой, Даша уже приготовила ужин и скорее всего наворачивает десятый круг по узким тропинкам парка, что клубится раскидистыми грабами и тисами прямо напротив их дома. Небольшого двухэтажного коттеджа, который Марк достроил в прошлом году и они – наконец то! – выбрались из съемного жилого блока.

Помимо красавицы-жены дома его ждет почти дописанная книга, права на которую уже готово купить одно престижное издательство. А на рабочей почте висит официальное приглашение в Ассоциацию Сетевого Регицида, ведь он вчера победил в местечковом турнире, к собственному удивлению не получив ни одного поражения.

Как говорится – мелочь, а приятно!

Но главное – во дворе их дома качается на веревочных качелях самая улыбчивая милаха на земле. Его шестилетняя дочка Лара. Лучшая ученица в классе, которой, похоже, передался его удивительный талант интуитивной мнемопластии. Уже сейчас она рисует такие многомерные пейзажи, что на выставках в городской галерее многие до сих пор не верят в авторство ребенка.

Марк тихо усмехнулся и бросил бычок на разгоряченный за день асфальт. В течение пятнадцати минут инабумага полностью истлеет и обратиться в ничто. А он к этому времени уже припаркует свой старенький Венанди у дома и с искренней улыбкой на устах войдет в него. Чтобы дарить тепло и любовь самым дорогим людям на свете.

ГЛАВА II. ДОРОГА ДОМОЙ

Он курил, полуприкрыв вечно улыбающиеся глаза, и смотрел сквозь пелену ливня на черный океан, раскинувшийся поверх мясистых парковых крон и высоток района Сигма.

Деф-экран, развернутый над галереей, тихо похрустывал коронными разрядами, испаряя капли. А вот ветер он пропускал и тот нагло ерошил Марку волосы, даже не спросив разрешения.

Он думал о том, как стремительно меняется мир. Ведь когда его отцу было двадцать девять (как Марку сейчас), никто даже не заикался о виртуальной реальности полного погружения, не говоря о био-валентной синхронизации через аниматический интерфейс.

На тот момент это было уделом фантастов!

Но уже тогда, как рассказывал отец, стали популярны ассиметричные хорроры – то есть когда один игрок примеряет шкуру маньяка-убийцы, а остальные (как правило, три-пять человек) играют за жертв. Это выглядело ново и необычно, людям нравилось.

Марк как-то читал статью в Инфолинке, что такие игрушки тогда начали строгать десятками. Но проблема заключалась в ограничениях, накладываемых железом.