Игры богов. Левиафан. Книга 3

Дымоходное отверстие в крытой тростником крыше и распахнутая настежь дверь давали достаточно света, чтобы Белен мог различить расставленные тут и там деревянные ящики, в которых, судя по сильному запаху, лежала свежеепойманная рыба.

Он повернул голову в сторону и наткнулся на курчавые белые пряди. Ага, а вот этот фрагмент как-то выпал у него из памяти. Он небрежным движением откинул пряди и увидел, что на его груди посапывает смазливая девчушка. Он припомнил, что девушку зовут Кевена и она работает у Винна.

Ладно, с этим потом разберемся, подумал Белен, медленно выползая из под девушки, которая естественно была бесстыдно нага.

Парень поежился и понял, что на самом деле проснулся не от запаха рыба, а от холода. Голова не болела и чувствовал он себя сносно, чем и славилась корма Винна. Но рассвет выдался холодным. Белен пошарил по тюкам и, отыскав свой шерстяной плащ, укрыл им Кевену, которая, слава богам, не собиралась просыпаться. Белен надеялся, что этой ночью не наобещал лишнего и намеревался поскорее убраться отсюда.

Он помнил, что Ангус подарил ему один из своих браслетов. Браслеты в виде перекрученных змей с головами различных животных, выполненные из бронзы или серебра, носили все мужчины притенов с момента прохождения обряда посвящения. Первый браслет мальчик получал, став мужчиной. Впоследствии число браслетов могло увеличиться, но каждый такой браслет мог быть вручен только королем. Разумеется – за исключительные заслуги.

Белену таковой выдать забыли (или Гволкхмэй думал сделать этот позже), поэтому Ангус отдал ему один из своих, у могучего воина их было четыре – по два на каждой руке.

Белен долго отнекивался, даже в хмельном угаре понимая, что это слишком серьезный подарок, чтобы он мог его принять, но, видимо, аргументы Ангуса были сильнее. Вряд ли их можно было назвать друзьями (да какие друзья, если Белен жил в Арброте всего месяц!), но между двумя воинами определенно существовала симпатия. Она возникла в тот самый момент, когда они отражали нападение англов, в буквальном смысле прикрывая друг другу спину. Война сближает, знаете ли.

Потом они долго пили, Белен снова рассказывал о том, как они с Сироной расправились с англо-скоттским отрядом, а Ангус вспоминал свои битвы – гораздо более многочисленные, чем те, что на свой счет мог записать Белен. Затем наступил момент излюбленный притенской забавы. Вусмерть пьяные воины Гволкхмэя высыпали на улицу, откуда-то взялись лошади.