Кровь ангелов. Левиафан. Книга 2

Он мог движением мысли поднять температуру воздуха и без труда поддерживать ее в оптимальном диапазоне. Но было слишком рискованно использовать нечеловеческие силы. Да и человеческих, как оказалось, было достаточно, чтобы спасти чью-то жизнь.

Когда завершился сезон снегов, девушка вышла из дома и лучезарно улыбнулась восходящему солнцу, которое так редко баловало жителей этих мест своим золотым ликом. Половина ее тела так и осталась мертвенно бледной, но она была жива и радовалась своей жизни!

Он прослыл великим знахарем и успел вылечить еще две дюжины человек, пока не покинул селение.

Он и так слишком много времени провел на одном месте, помогая девушке. Ему было странно это ощущать, но когда девушка обняла его на прощание, не сдержав слез, ему на грудь будто положили наковальню. Он ушел, не оборачиваясь, как делал всегда. Он так и не понял, что в том селении осталась какая-то его часть.

В другом месте, спустя много лет, он повстречал огромного дикого волка, годами нагонявшего на селян ужас.

Порой волк нападал на стада прямо посреди дня, и пастухи со сторожевыми псами ничего не могли сделать. Рискнувшие помешать волку быстро обращались в кровавые лоскуты.

Он приручил животное, почуяв его злобу и утолив эту злобу теплом своего сердца. На глазах всего селения огромный черный волк склонил перед ним голову и позволил потрепать себя по массивной холке. А потом, когда настало время покинуть эти места, он наказал волку оберегать местных жителей, и животное честно исполняло свой долг, пока не пришел его час уйти вслед за солнцем за горизонт.

В том селении он тоже оставил какую-то часть себя. А в другом, чтобы отогнать мародеров от мирной веси, он при помощи системы костров, установленных по ветру, создал «великого змея», что на деле оказался клубами едкого удушливого дыма от ядовитых трав. То было лишь одно из многих его деяний, которые люди пронесли через века и которым они подарили бессмертие, потому что верили в них.

Так он странствовал по земле, проживая одну людскую жизнь за другой, пока не забыл то, с чего начал.

Он знал, что бежит, но уже не помнил – куда и от кого.

А потом он встретил его. Этот, другой, был таким же, но – настоящим. Не плодом провального эксперимента, а результатом фокуса мысли и чувств. Впоследствии у него было много имен, невообразимо много. Но лишь одно по-настоящему подходило ему.

Отец Всех.

Глава 2. Выпей с Локи

– Чет ты загрузился, парень.