Пламенное увлечение шейха

Тут до Эбби дошло, что происходит, – ее продавали с аукциона, а покупатели называли свою цену.

Ее трясло от ужаса и злобы, она хотела закричать, что они не смеют, но горло сжалось, язык не слушался, слова застревали во рту. Эбби закрыла глаза, чтобы не видеть этот кошмар, но тут грубая рука разорвала на ней блузку. Раздались аплодисменты.

Гнев оказался сильнее ужаса. Не задумываясь о последствиях, Эбби сжала кулак, замахнулась и врезала по мощному плечу. От этого удара всю ее руку пронзила боль, а разбойник даже не пошатнулся.

В толпе засмеялись.

Эбби больше не было страшно. Она стянула на груди обрывки блузки и смело посмотрела на улюлюкающую толпу.

Разбойник снова закричал. Слов она не понимала, но смысл был совершенно ясен.

Он снова протянул руку к ее груди… И вдруг замер…

Все кинулись врассыпную, спасаясь от копыт коня, который скакал прямо в огонь, и лишь возле самого костра остановился, удержанный твердой рукой всадника. Человек, сидевший в седле, невозмутимо обвел взглядом лагерь, не обращая никакого внимания на десяток направленных на него стволов.

Он отпустил поводья, но конь стоял как вкопанный, не шевельнувшись даже тогда, когда всадник спрыгнул на землю. В каждом движении пришельца сквозили сила и превосходство, которому невольно поддались все присутствующие. Он шел в сторону Эбби сквозь толпу разбойников, а они смотрели на него снизу вверх – не только потому, что он был необыкновенно высоким, но и потому, что, несмотря на запыленное арабское платье, похожее на одежду разбойников, он выглядел подлинно царственно. Всполохи пламени освещали его лицо, которое было так красиво в свете огня, что Эбби, как бы это ни было невероятно, забыла про все остальное.

Остановившись рядом с Эбби, он в упор посмотрел на державшего ее головореза. Тот помедлил, но отпустил девушку. Незнакомец коротко кивнул, потом перевел взгляд на Эбби. Смуглая кожа подчеркивала необыкновенный голубой цвет глаз. В них не было жадности и вожделения, с которым остальные мужчины смотрели на ее полуобнаженное тело, но почему-то Эбби задрожала еще сильнее.

Запрокинув голову, она смотрела на высокого красавца, пока холодок, пробежавший по коже, не напомнил ей, что она стоит перед ним чуть ли не в нижнем белье. Эбби опустила пылающее лицо и стала лихорадочно и неуклюже застегивать оставшиеся на блузке пуговицы. Но их было мало, и Эбби пришлось придерживать блузку руками.