Пламенное увлечение шейха

Эбби было всего одиннадцать, но уже тогда ее длиннющие ноги едва не скребли по земле, когда она ехала на маленькой унылой коняшке. Этот конь с налитыми кровью глазами, фыркавший и бивший копытом, казался огромным.

– Кажется, я ему не нравлюсь.

Таинственный незнакомец ничего не ответил, одним махом вскочил в седло, потом нагнулся, ухватил ее безо всякой бережности, поднял на коня и усадил впереди себя.

Эбби от испуга схватилась за первое, что попалось под руку, и это был сам всадник. Сквозь ткань одежды она почувствовала его тело.

Оно было мускулистым и твердым, как камень.

И тут только до Эбби дошел смысл фразы, брошенной еще там, в стане разбойников.

– Выкуп за жену?

– Ты можешь что-нибудь сделать со своими волосами? Я из-за них ничего не вижу. – Держа поводья одной рукой, другой он отбросил от своего лица огненные волосы и пришпорил лошадь. – Да, мы только что подписали брачный контракт.

Огромный конь пустился вскачь.

Эбби одновременно пыталась удержаться и изогнуться так, чтобы увидеть лицо мужчины.

Оно было сосредоточенным и бесстрастным. Шум крови в ушах смешался с оглушительным звуком копыт, и Эбби скорее увидела, чем услышала жестокий смех всадника. Тут в ее лицо ударила волна горячего песка, и Эбби от испуга уткнулась в его плечо.

– Просто держись за меня.

И она держалась за него. А что ей еще оставалось? Через его плечо она видела далекие огни разбойничьего лагеря, все остальное было черным-черно.

Эбби закрыла глаза.

Где они?

Куда они едут?

Неужели они и вправду женаты?

Конь шел ровным сильным ходом, его копыта грохотали, будто части какой-то огромной машины, и этот ритмичный звук почему-то успокаивал Эбби. Точнее, это было не спокойствие, а какое-то оцепенение, похожее на гипнотический транс. Но она чувствовала, что ужас, переполнявший ее несколько бесконечных часов, отступает.

– За нами гонятся? – спросила она, не открывая глаз.

– Может быть. Я успел вывести из строя только часть их машин, а потом…

Он с яростью вспомнил, как грязный урод замахнулся на девушку, которая теперь сидела, прижавшись к нему и обвив руками его тело.

Неужели они…

– Они не… причинили тебе вреда?

– Нет. Не в этом смысле. – Она вдруг зевнула. Глаза ее были закрыты, но уже не от страха. У нее просто не было сил поднять веки. Она пыталась очнуться, ей надо было задать ему столько вопросов, самых простых и важных вопросов.