Клан потомков Дракона

Это говорило о том, что он видит сквозь наложенную на дом иллюзию. Жаль, что из-за дождя и темноты Юна не могла разглядеть черт его лица. Даже ночное зрение здесь бессильно. Остается только встретить его в холле и наконец все выяснить.

Хранительница спустилась вниз. Восстанавливать внутреннюю иллюзию разрухи не стала. Она уже поняла, что этого человека невозможно было обмануть такой ерундой. А сможет ли он войти, она сейчас и узнает.

Входная дверь отворилась, и незнакомец шагнул из темноты на порог, остановился и неторопливо огляделся.

– Привет! – просто поздоровался он. – Давно не виделись! За то время, что меня здесь не было, ты стала такой красавицей! – сказал он так, словно они расстались всего год-другой назад.

– Ты?! – она все еще не могла поверить своим глазам.

– Ну я же обещал вернуться… Вот только я совершенно не ожидал застать тебя в качестве хранителя этого места. Сколько себя помню, ты всегда ненавидела этот дом и мечтала о путешествиях, – заметил он.

Несмотря на то, что он только что из непогоды, он даже не промок: сухой такой и бодрый.

– Знаешь ли, маленькие девочки имеют особенность со временем взрослеть и менять свои предпочтения, – с некоторой злостью глянула Юна на незнакомца, точнее нет, все же на знакомца. – Докажи, что это ты.

Хотя и без этого видела, что это он. Почти не постарел с того дня, как они виделись в последний раз! И все же она впервые в жизни отказывалась верить своим глазам и чувствам.

Чуть заметная и такая знакомая усмешка одной стороной губ. Только он так умел улыбаться.

– Помнишь вот это? – Он снял с шеи и протянул ей кулон на тонкой цепочке: кулон в виде черной жемчужины, без каких-либо дополнительных излишеств. – Этот артефакт ты сделала специально для меня. Правда, я так и не понял, в чем его особенность. Но это была твоя первая работа и ты ей так гордилась, когда дарила мне… вместе со своим первым поцелуем.

Эти воспоминания вогнали Юну в краску.

Конечно, она помнила этот день, ведь ей тогда только исполнилось девять лет. И то, что он держал сейчас на вытянутой руке, было действительно ее работой. Она это чувствовала.

– Знаешь, – продолжил он, – я тут с удивлением узнал, что сейчас все, что когда-то было тобой сделано, стоит больших денег.

– Безделушки, – презрительно скривилась Юна, справившись со своими эмоциями. – Не так много поистине ценного я сделала.