Ложь в твоем поцелуе

Мне нравится зима, но я все равно очень жду весну. В это время года моя семья всегда немного тоскует. Родственники даже кажутся чуть более нормальными, ведь их работа сделана, они могут немного отдохнуть.

Наши действующие обязанности ограничиваются в основном наблюдением и документированием. История называет мой Дом памятью мира. Мы – архивариусы и ведем учет почти всего. Все, что происходит в нашем мире и мире обычных людей, записывается и сохраняется для наших потомков. На Калинойе десяток библиотек, и все они под завязку набиты книгами.

Иногда я думаю, для чего все это нужно. Ни один человек в жизни не смог бы прочесть все это. Для такого нужно как минимум сотня жизней.

Помимо обязанности вести архив, зимой мы должны следить за температурой воздуха, обращать внимание на поведение природы и вмешиваться, если возникнет такая необходимость. В этом-то нам, конечно, и помогают наши силы. Мой Дом олицетворяет смерть и энергию, а это значит, что некоторые члены моей семьи могут заглядывать в будущее, видеть силовые линии, а иногда даже общаться с мертвыми.

Мы можем предсказывать изменения погоды, влиять на это или противодействовать. Если понимать, как работает энергия и как ею управлять, с ее помощью можно делать очень и очень многое. Способности и силы проявляются по-разному, однако лично я никогда не встречала никого, кто в самом деле мог разговаривать с мертвыми. Я даже не уверена, что в наше время существует хоть один живой человек, который на это способен. Иначе мой дед непременно вызвал бы его, чтобы пообщаться с Сандером, правда же? При всем желании я просто не в состоянии поверить, что кузен умер от аллергического шока. Но ни мама, ни дедушка не хотят об этом говорить.

Смахнув с лица намокшие пряди волос, я оглядываюсь по сторонам в поисках своей машины, но в этот момент в кармане вибрирует телефон. Достаю его и снимаю блокировку с экрана, чтобы прочитать сообщение, которое только что прислала мама.

Приходи в большой зал, когда вернешься.

Нужно поговорить.

Сердце в груди бешено колотится. Уверена, меня ждет что-то интересное.

После того как Матео забирает меня, а потом переправляет через фьорд в лодке, я бегу в свою комнату, чтобы переодеться. Одежда на мне вся мокрая от сырости, и так холодно, что помочь могут только мягкие спортивные штаны и теплые носки. Я быстро надеваю толстый свитер и направляюсь в большой зал. Дорога через дом, как обычно, напоминает маленькое путешествие.