Ложь в твоем поцелуе

Ей придется столько наверстывать, что она будет только тормозить меня.

Одна часть меня хочет ответить Заре какой-нибудь дурацкой репликой, другая – благодарна ей за поддержку. Я понимаю, что она делает это не ради меня, а исключительно для себя. Мы с Зарой недолюбливаем друг друга, в основном потому, что, сколько я себя помню, она всегда смотрела на меня свысока. Раньше мы еще время от времени играли вместе, но по мере того, как разница между нами становилась все более очевидной, отношения менялись. Хорошо помню, как в детстве я подслушивала у дверей, как учатся и тренируются мои двоюродные братья и сестры.

Когда рождаешься в одной из сезонных семей, когда ты прямой потомок главы, то вынужден проходить сложное обучение. Ты посещаешь занятия, на которых изучаешь все о нашей истории и правилах. Учишься контролировать свои силы и правильно их использовать. Но поскольку я, в отличие от остальных, никогда не проявляла никаких способностей, меня отправили в обычную школу, в то время как другие дети брали частные уроки и обучались дома. У меня же всего раз в неделю проходили занятия с мамой, на которых она в двух словах рассказывала, что происходило в моей семье в последние столетия.

Сегодня я сознательно ограждаю себя от остальных, но в этом нет моей вины. Это своего рода защитная реакция, созданная мною еще в детстве. Потому что тогда мне на собственном горьком опыте пришлось усвоить, что я не принадлежу к их числу. Слишком часто мне приходилось в одиночестве плакать в своей комнате, потому что все остальные были намного лучше меня.

Но теперь с этим покончено.

Дед бросает на Зару еще один быстрый взгляд, словно и в самом деле обдумывает ее слова, а затем поворачивается ко мне:

– Мы пока не знаем, почему твои способности, Блум, проявились только сейчас. Но независимо от того, разовый это случай или нет, ты, я надеюсь, понимаешь, что несешь ответственность перед этой семьей.

Мне очень хочется фыркнуть в ответ, но я сдерживаюсь. В течение последних семнадцати лет моя задача в этом доме сводилась к тому, чтобы не шуметь и не мешать другим.

То, что об ответственности сейчас говорит именно дед, просто смешно. Его внук мертв, а его, похоже, не очень-то интересует, как это произошло.

– Понимаю, – заставляю я себя сказать, игнорируя Зару, которая тихо и наигранно смеется.

– Хорошо, – кивает дедушка. – Тогда можешь пока продолжать ходить в школу. Пока. Посмотрим, как будут развиваться события, и если что-то изменится, примем новое решение.