Король: Вечный монарх. Сквозь время

– Но это… это невозможно, – прошептал Гон.

На видео попали десятки людей, но среди них был один высокий мужчина в фетровой шляпе, выходивший из здания церкви. Гон узнал в нем Ли Рима. За все эти годы он ничуть не постарел, его лицо осталось в точности таким же, каким Гон запомнил его в ту роковую ночь. Несмотря на все попытки, забыть тот кошмар было невозможно.

Гон вскочил. Он понял, что Тэыль была права: Ли Рим остановил время, проходя через врата между измерениями.

«У Ли Рима есть свои врата.

Как я мог упустить этот момент? – подумал Гон. – Необходимо срочно их найти, только так мне удастся его остановить».

Гон бросился в конюшню. Вскочив на Максимуса и взявшись за поводья, он спешно погнал коня к бамбуковому лесу. Как только он подъехал к двери между мирами, она сразу же отворилась и перед Гоном открылся межпространственный мир, где нет ни времени, ни ветра, ни начала, ни конца. Только маленький красный воздушный шар одиноко висел в воздухе, все на том же месте, где Гон когда-то его отпустил.

В этот раз он поскакал в противоположном направлении. Часы в пути, а края нет. Казалось, этот мир действительно бесконечен. Но Гона это не остановило.

Он должен добраться до края, должен найти там ворота Ли Рима, нарушающего баланс между двумя мирами. Должен узнать секрет, что хранят врата, разобраться со всем, чтобы поскорее вернуться к Тэыль.

* * *

Дама Но молилась, поливая чистой водой чандоктэ[2 - Чандоктэ (???) – возвышенное место, на котором расставляют чаны для хранения соевого соуса.

]. Она просила одного: чтобы Гон вернулся домой целым и невредимым. В прохладном утреннем воздухе разлетался ее голос словами из поэмы Ким Соволя.

«Белопенный отлив. Сумеречный дым.

А я у дверей постою, подожду.

Уж скоро рассветет и растает луна.

Не нарушит тишины пения птиц.

В трепещущих лучах новой зари

Я каждому путнику загляну в лицо.

Вы тот человек?

Человек тот – вы?[3 - Ким Соволь. Лирика / Пер. с корейского Ким Рехо и Эдуарда Балашова.

 – М.: Первое Марта, 2003.]»

* * *

Тэыль в который раз пришла в бамбуковый лес. Покрытый тьмой и продуваемый насквозь холодным ветром, он казался ей до боли знакомым. Без всякой мысли Тэыль засмеялась.

Среди густо растущих деревьев возвышались два больших обелиска. Это была та самая дверь, пройдя через которую Тэыль оказалась в мире Гона. Казалось, что с того дня прошла целая вечность, а Гон все никак не возвращался.