Оборотная сторона

– Я люблю тебя, мама! – шепотом сказала я и прижалась к ней, словно мне было пять лет.

– Я тоже тебя люблю, моя хорошая. У тебя все в порядке?

Мама внимательно на меня посмотрела, и в ее глазах читалось беспокойство, понимание, доброта и решительность. Все сразу могут испытывать только мамы. Они любят, заботятся и защищают своего ребенка. И не важно, сколько ему – один годик или сорок лет. Мама всегда остается мамой.

Я прилагала все усилия, чтобы выглядеть беззаботной и не разрыдаться. Но комок подступал к горлу, и сдерживать слезы становилось все труднее.

Я схватила чашку с чаем:

– У меня все отлично, мам. Ну, я пойду в свою комнату, – скороговоркой проговорила я и вышла из кухни.

Коридор меня снова напугал, его длина на этот раз не изменилась, но вот вид… Обои сползли по стенам и выглядели мокрыми, стены осыпались, кое-где в них были маленькие дырочки. Обернуться и посмотреть, не исчезла ли за спиной кухня, я не решилась.

На этот раз по коридору я шла медленно, плача и думая о том, что ждет меня в другом мире.

Мне нужно выдержать сутки и не сойти сума, не лишиться рассудка, не помешаться, не тронуться, не свихнуться, не спятить, не сбрендить, не чокнуться, не съехать, не скрейзить… и делать этого я не собиралась.

Конечно, все, что происходило вокруг, было ненормальным, но почему-то меня уже не пугало. Томило и душило лишь расставание с родными. Но и оно не было ужасным, потому что я знала: они останутся на лицевой стороне, и от этих мыслей мне становилось спокойнее.

В конце концов, мне уже не 10 лет.

Я зашла в свою комнату, ожидая увидеть полную разруху, но комната почти не изменилась, если не считать толстого слоя пыли на всех горизонтальных поверхностях и мохнатой лапы мусорщика за окном. Лапа закрывала почти все окно, поэтому я включила свет. Он, как и в коридоре, был тусклым и подошел бы больше маленькому подвальчику, а не комнате молодой девушки. Смотреть на лапу монстра не хотелось, и я задернула портьеры, а чтобы не было щели, скрепила их между собой заколкой-крабом.

Так лучше!

Усталость навалилась на меня тяжелой мохнатой лапой монстра. Я поставила чашку чая на прикроватную тумбочку и легла на кровать. Не обращая внимания на огромное пыльное облако, которое при этом поднялось в воздух, и моментально уснула.

Глава пятая

Не знаю, сколько я спала, но проснулась я с сильной жаждой. Протянула руку к прикроватной тумбочке, взяла стакан с чаем. Выпила залпом. Чай был холодным, но очень вкусным.