For сайт «Россия»

 – Пояснил он. – Скорее, даже, наоборот, лучше. Например, когда бежишь на большую дистанцию, уже устал, сил нет, а потом как будто второе дыхание открылось, что-то взбодрило, окрылило тебя и уже, оказывается, что ты прибежал туда, куда стремился.

– Понимаю, – кивнул Славка и повернул руль в сторону дома. – Есть легенда, что во время Второй мировой немецкий летчик, пролетая, видел здесь, в этих водах огромную старинную ладью с пушками и суетящихся людей. Устроить обстрел он не решился.

Совсем недавно двое ученых, умные адекватные мужики, и с ними женщина, гуляли по этим просторам и решили заночевать на острове – у них мотор заглох. Одному из них четко слышался шум паровоза. При этом в реальности железной дороги поблизости нет, но существует предположение, что где-то поблизости проходили секретные военные пути.

– Ого! Впрочем, вполне может быть, – потирая лоб, предположил Сергей, – "Плисецк" все-таки неподалеку.

– Ну, да. Именно этим и можно было объяснить многие световые явления, частенько наблюдаемые здесь и оставленные на загадочных страницах истории.

– А как насчет бурлящей воды в безветренную погоду?

– Это объясняется бронтидами – звуками, которые издает само озеро. Одним словом, логикой и наукой здесь все не объяснишь. В любом случае, если и случается хрономираж или какой-либо еще, то он у каждого свой. Единственное, что объединяет здешнюю какофонию в пространстве, по крайней мере, известное мне, – уточнил профессионал по древностям, – это раскатистые звуки самого озера.

Вот такое вот сейсмически активное у нас место, Сергей.

– Да… Есть над чем подумать.

Показался берег и знакомая береза. Но сейчас моторка подходила к ней не с левой стороны, когда отчаливала от берега, а с правой.

Вечерний звон

Над Ладогой вечерний звон,

перемещенье водных глыб,

бездонное свеченье волн,

космические блики рыб.

У туч прозрачный облик скал,

под ними – солнечна кайма.

Вне звона различимо, как

гудит комар! гудит комар!

Мои уключины – аккорд

железа и весла – меча.

Плыву и слушаю – какой

вечерний звон! вечерний час!

Озерной влаги виражи

и музыкальная капель…

Чего желать? Я жил, как жил.

Я плыл, как плыл. Я пел, как пел.

И не приобретал синиц,

небесных журавлей – не знал.

Анафема различных лиц

смешна, а слава – не нужна.