Только одна ночь

Я встаю, подхожу к окну и смотрю в ярко подсвеченное серое небо. Могу ли я возложить на Дейва вину за свои недавние ошибки? Мне бы очень этого хотелось. Предсвадебная лихорадка, вот что это такое. Мое подсознание подсказывает мне, что предложенный Дейвом союз не настолько идеален, как я себе представляла. Он так легко отверг меня вчера вечером, как попрошайку, протягивающего руку за сдачей. Отверг меня с улыбкой, с вежливым выражением сочувствия и презрения на лице.

Именно презрение заварило этот бульон, обида подстегнула мятеж.

Поэтому я непременно поговорю с Дейвом. Прислушаюсь к мелодии нашей жизни. И если она окажется грубоватой, я найду способ сгладить углы, отключу электрогитары и убавлю басов, пока не останется только мягкий, безвредный мотивчик, под который можно танцевать.

Но как только звенит дверной звонок, я передумываю.

Дейв стоит на пороге с дюжиной белых роз. Белые розы были на приеме, на котором мы познакомились… шесть лет назад… вечность назад. Но сейчас воспоминания ярки как никогда.

Дейв провожал меня до машины, и, когда мы проходили мимо флориста, он захотел, чтобы у меня тоже были белые розы; он купил мне целую дюжину, чтобы я могла забрать их домой. Потом он попросил у меня телефон, и я была так тронута, что дала ему номер. Большинство девушек готовы много отдать за букет: телефонный номер, улыбку, даже отказаться от гнева. Но конечно, самая обычная цена за этот милый подарок – потеря решимости.

Я отхожу в сторону, пропуская его внутрь, и смотрю, как он исчезает в кухне, а потом появляется снова с розами, аккуратно поставленными в вазу.

Он находит для них идеальное место на моем обеденном столе.

Мы с Дейвом не сказали друг другу ничего, кроме «привет», но розы говорят сами за себя.

– Я слишком остро отреагировал вчера вечером, – произносит он. Он смотрит на розы, не на меня, но я не против. – Я не хотел переезжать в Лос-Анджелес, ты знала об этом? Я сделал это только ради работы.

Я неопределенно пожимаю плечами. Он рассказывал мне об этом, но я не понимаю, какое это имеет отношение к делу.

– Это такой безвкусный город, – продолжает он. – Место, где мужчины улыбаются тебе отбеленными зубами, а женщины машут у тебя перед носом фальшивой грудью. Здесь все агрессивные, но женщины… они ведут себя как мужчины. Как трансвеститы с жаждой эксгибиционизма. Они не леди. Они не ты.

– А я леди?

– Но ты еще и сильная, – быстро добавляет Дейв. Он садится на один из моих обеденных стульев с мягкой обивкой.