Будь со мной нежным

Сворачиваю в проулок, чтобы срезать дорогу до метро, уже вижу выход, и тут из-за угла выныривает машина. Мы едва не сталкиваемся. Я столбенею, водитель тормозит. Авто разворачивается и делает полный круг, чуть не задевая меня бампером. Солнце бьет в глаза, ничего не вижу, мелькают блестящие бока машины, кричат свидетели, визжат колеса.

Наконец кружение останавливается, опускается стекло.

– Ты идиотка, спятила! – орет благим матом водитель. – Куда лезешь?

– Я… простите… я…

Водитель распахивает дверь и вываливается на мостовую.

Это конец!

Возле нас мигом собирается толпа.

– О боже! – кричит кто-то.

– Достали эти богатенькие буратинки! – вопит бабка с кошелкой. – Люди для них – мусор.

– Да-да…

Я медленно прихожу в себя. Сердце бешено колотится от пережитого страха, даже дышать больно. Наклоняюсь, чтобы поднять выпавшую из рук сумку. Меня ведет в сторону, хорошо, что в узком проулке дома рядом, опираюсь на шершавую стену, втягиваю ноздрями воздух.

«Что со мной?» – недоумеваю. Никогда раньше не было такой реакции на страх, причем чувствую, что испугалась не за себя, а за водителя.

С чего бы? Это он защищен машиной, а не я.

– Блин! Что за невезуха! Опять ты? – рявкает мажор, трогает лоб, смотрит на пальцы. – Твою ж дивизию! Видишь, что ты наделала.

– Я? – захлебываюсь слюной от возмущения. – Это ты едешь, мечтаешь! Я иду себе спокойно, а ты из-за угла…

– Спокойно? Да, ты по центру дороги шлепала!

– Я…

В толпе со скоростью ветра меняется настроение.

– Девка точно спятила, – качает головой бабка.

– Молодежь! Не чувствует опасности, – говорит прохожий, сплевывает и идет дальше.

– Точно, из-за таких, как она, и случаются аварии, – поддерживает его дама, которая держит на поводке собачонку. – Правда, Пусик?

– Тяф, тяф! – звонко соглашается Пусик с хозяйкой.

– Да я… никого же не было…

Так и хочется самой залаять на зевак и послать их подальше, но захлопываю рот.

Мажор опять таращится на свои окровавленные пальцы, трясет головой, потом вытаскивает из кармана телефон. Я бочком, вдоль стены дома, протискиваюсь мимо его машины.

Несколько шагов в горку, потом за угол, и – свобода!

Облом!

Гад хватает меня за локоть.

– Стой! Куда намылилась? Новый иск подавать придется.

– Ой! – вскрикиваю нарочно.