Хочу тебя проучить

И что делать с этой лялькой?

Стискиваю зубы: терпение, только терпение! Шевелю пальцами в ответ.

Девушка вблизи оказывается симпатичной, но мой намётанный глаз сразу вычисляет все изменения ее лица и фигуры. Пластика носа, груди, сужение талии, контурная обработка лица филерами, татуаж бровей и век, гель в губах и прекрасные волосы от лучшего московского стилиста – более искусственной красотки я ещё не встречал.

– Прив-е-е-е-т, – тянет она и подставляет губы для поцелуя.

Обойдётся.

Чмокаю ее в щеку.

– Тебя случайно не Барби зовут? – в вопрос вкладываю весь накопившийся яд.

– Ой, да! – хлопает ресницами она, не замечая издевки. – А как ты догадался?

– Ненавижу это имя. Ты свободна!

– Нет, что ты! – пугается вдруг красавица. Ее лицо меняется, словно она вот-вот заплачет. – Так меня зовут подружки. По паспарту я Лариса, – она протягивает руку, сверкая длинными ногтями, украшенными стразами, тыльной стороной сверху. – Можно просто – Лора.

На меня этот манерный жест действует как красная тряпка на быка. Никогда руки бабам не целовал и не буду! И на Кукле такой не женюсь! Ни за что! Ну, батя! Ну, удружил! Выбрал мне будущую жену по своему вкусу.

– Не хочешь носик попудрить? – внаглую выпроваживаю девицу в туалет.

– Ой, косметика поплыла? Я сейчас.

Девушка суёт мне сумочку (тоже известный приёмчик: так есть некая гарантия, что не брошу ее одну) и спешит к выходу из зала. Я подхожу к окну.

– Санька, видел Ларису? – чуть не глохну от вопля драгоценного предка. – Хороша, да?

– Батя, ты издеваешься? – шиплю в трубку и вглядываюсь в кусты: мне кажется, или за ними кто-то есть? – Лариса-крыса выглядит как раз так, как я больше всего ненавижу: пепельная блондинка с пухлыми губами, острым носиком и сиськами пятого размера.

– Неужели пятого? – охает папаша.

Совсем родитель спятил на почве половой горячки.

– Забирай эту себе.

– Так, сын! – в голосе появляются сварливые нотки. – Хочешь проблем? Устрою.

– Проехали.

Отключаюсь. Как-нибудь вечер выдержу. А может, и ночь. Должна же быть у меня награда за терпение. В конце концов эти куклы в темноте не отличаются от остальных баб, если их специально не ощупывать.