Хочу тебя проучить

«Он за кого меня принимает? За идиотку? – поднимается в душе волна ненависти. – Решил на короткий поводок посадить?»

– Что-то не так? – пугается администратор.

Я вижу его быстрый взгляд в мою сторону. Он явно не понимает, за что к моей незначительной персоне такое внимание.

– Хочу посмотреть на поведение… этой… Кристины, кажется. Пусть директор сохранит заявление в сейфе, вдруг ещё понадобится.

«Ах, ты сволочь! Ах, ты мерзавец!» – не могу прийти в себя от такой наглости и сжимаю кулаки.

– Так ей и надо! Иди к своей лапуле, котенок, – блондинка тянется к кавалеру пухлыми губами, тот недовольно морщится и отворачивает ее лицо рукой.

– Как скажете! Как скажете, – кланяется Феликс.

Я стою, превратившись в монумент, и едва сдерживаюсь, чтобы не опрокинуть бутылку с остатками вина на головы этих мерзких богатеньких буратинок.

– А ты, – синий взгляд нахала устремляется на меня, вернее, он выпускает целый град острых стрел. – принеси нам то блюдо, что хочет моя невеста.

Ещё не веря в своё спасение, кипя от негодования, поворачиваюсь и медленно иду к раздевалкам. Только скрывшись из глаз, перехожу на бег. Мгновенно переодеваюсь в сменную униформу и несусь в кухню. Все сотрудники поднимают головы, когда влетаю в маятниковые двери, и дружными аплодисментами встречают меня.

Слёзы выступают на глазах. Эти люди стали моей семьей, моей наградой за долгие дни мучений, моими родителями, в конце концов.

Всхлипываю, из груди рвутся рыдания.

– Ну-ну, девочка, не плачь! – обнимает меня шеф-повар и прижимает к большому животу. – Не плачь.

– Кристина, ты с нами! Ура! – бросается ко мне Надежда и обхватывает со спины.

– Спасибо вам… спасибо…

– Все, забыли! – хлопает в пухлые ладоши шеф-повар, Михаил Иванович, или дядя Миша, как называют его сотрудники. – За работу! Кристина, блюдо уже готово.

В этот вечер я обслуживаю только скандального клиента и его пассию. Наверное, если бы знала, чем обернётся для меня знакомство с мажором, ни за что не подошла бы с извинениями. Но, увы, мы не в состоянии управлять своей жизнью даже на пять минут вперед, проведение все решает за нас.

И первое же блюдо ставит меня в тупик. Я хватаю поднос с чем-то бело-розовым, принимаю независимый вид и плыву по залу.