Ловушка для Боба

Исступленно взывала к богу, просила защитить меня от авиакатастрофы и послать удачу.

И создатель меня услышал.

Как только голос командира экипажа объявляет, что самолет совершил посадку в городе Барселона, я срываюсь с места, хватаю в багажном отделении сумку и бросаюсь в проход.

Скорее на свободу, к свежему воздуху и жаркому солнцу.

Я с детских лет испытываю страх перед высотой, и никакими пряниками или кнутами не заманить меня на борт. Но главный редактор спортивного интернет-канала, куда я попала на практику, все же сумел.

Он вызвал меня к себе в кабинет, долго рылся в бумажках, разложенных на столе, пока я обливалась потом от страха и перебирала в голове провинности, за которыми следует наказание, потом посмотрел из-под насупленных бровей.

– Так, хм… как там тебя?

– Морозова. Олеся. Можно, Леся.

– Да, Морозова. Дам тебе ответственное поручение.

Ого! С какой радости?

Но мое сердце уже замирает от предвкушения задания. Я на практике торчу целый месяц. И что? Только тексты набираю да документы ксерокопирую, живую работу видела издалека.

А тут специальное задание.

Ух! Это же такое счастье!

– Слушаю вас, Ефим Иванович.

– Загранпаспорт есть?

– Е-есть, – голос сипит от волнения.

– Полетишь завтра в Барселону.

– З-зачем? – в голове растет паника.

– Надо взять интервью у Богдана Колесникова.

– А-а-а?

Больше ничего не могу сказать, в горле пересохло от ужаса. Два слова: «полетишь» и «Колесников» – мгновенно вводят меня в ступор. Ни то, ни другое мне не под силу.

О сволочном характере футболиста в журналистской среде ходят легенды. Он постоянно попадает в передряги. То устраивает на стадионе пикник с выпивкой и подружками, то дерётся во время матча с судьей, то топит в бассейне противника во время товарищеской встречи.

Команда давно избавилась бы от скандального парня, вот только играет он как бог. Никто не может противостоять ему, когда он несется с мячом по полю. Ему нет равных ни в скорости, ни в наглости, ни в жажде победы.

Также быстро расправляется футболист и с репортерами. Он никому не даёт интервью, от самых настырных журналистов избавляется с помощью юристов, а камеры разбивает об асфальт.

Жизненный парадокс: чем больше Колесников сопротивляется, тем сильнее все хотят его достать.

– Б-э-э-э! Чего застыла, Морозова?

– Я не могу, – шепчу омертвевшими губами. – Где Колесников, а где я? Небо и земля.

– А что тебя смущает? Все договоренности есть.